На перевернутой картинке был изображен юноша в роскошных одеждах и великолепном головном уборе — «Шут»!
«Снова „Шут“? Вряд ли это простое совпадение… Как говорили „Повешенный“ и старый Нил, гадание — это процесс общения Духовности с Духовным миром и Высшим „Я“. Карты Таро — лишь удобный инструмент для толкования „символических откровений“. В теории, какой бы предмет ты ни использовал для предсказания, это никак не повлияет на истинный результат…» Клейн слегка нахмурился и, немного поразмыслив, спросил:
— А могу я узнать, попала ли эта вещь в чужие руки?
— Разумеется. Просто повторите процедуру точно так же, как и в первый раз, — с явным энтузиазмом кивнул предсказатель.
Клейн заново перетасовал и сдвинул колоду, мысленно фокусируясь на новом вопросе.
Снять карту, положить горизонтально, повернуть по часовой стрелке… Он проделал все это с предельно серьезным лицом.
Глубоко вдохнув, юноша протянул руку и открыл карту.
«Только бы не снова „Шут“…»
Вознося мысленные молитвы, он вдруг с облегчением выдохнул: на него смотрела «Звезда» в перевернутом положении!
— Похоже, вашу пропажу еще никто не подобрал, — с улыбкой истолковал Глейсис.
Клейн кивнул, задумчиво постучал костяшками правой руки по межбровью, а затем достал из кармана брюк две медные монетки и пододвинул их Глейсису.
— Я же сказал, что сеанс бесплатный, — нахмурился мужчина.
— Это дань уважения искусству гадания, — ответил Клейн, с улыбкой поднимаясь со стула.
— Что ж, благодарю за вашу щедрость. — Глейсис тоже встал и протянул руку.
Обменявшись рукопожатием, Клейн отступил на пару шагов, развернулся и, подойдя к двери, повернул ручку.
Уже собираясь переступить порог, он вдруг обернулся и произнес:
— Мистер Глейсис, настоятельно рекомендую вам как можно скорее показаться врачу. Обратите особое внимание на легкие.
— С чего вдруг? — опешил Глейсис.
«Он что, недоволен результатом гадания и теперь проклинает меня?»
Клейн на секунду задумался и пояснил:
— Симптомы налицо. У вас… хм… у вас межбровье потемнело.
— Межбровье потемнело… — Мужчина впервые слышал подобный диагноз.
Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, Клейн с улыбкой покинул комнату, прикрыв за собой дверь.
«Кто он такой? Врач без лицензии или деревенский знахарь?» — с усмешкой покачав головой, Глейсис по привычке взял в руки серебряное зеркальце для гаданий.
Присмотревшись, он обнаружил, что его переносица и впрямь выглядит темной.
Вот только дело было в освещении: в скудном свете, пробивающемся сквозь задернутые шторы, потемнело не только межбровье — вся его половина лица скрывалась в глубокой тени!
— Не самая удачная шутка, — тихо пробормотал он.
И все же, засомневавшись, он сделал себе расклад на здоровье и, лишь убедившись, что все в порядке, окончательно успокоился.
Покидая Клуб гадателей, Клейн добавил в свои планы на будущее еще один пункт.
Ему нужно как можно быстрее скопить денег, оплатить годовой взнос и стать полноправным членом клуба, чтобы начать отыгрывать роль «Провидца».
Почему бы просто не гадать самому по себе? У него пока не было ни связей, ни клиентской базы. Не стоять же на улице, как базарный зазывала — в конце концов, он теперь приличный человек, и у него есть лицо, которое нужно беречь.[63]
Спустя пару минут он дождался общественного конного трамвая и, заплатив два пенса, доехал до не столь отдаленной Зотланд-стрит.
Толкнув дверь охранного предприятия «Черный Терн», он не обнаружил на месте привычной шатенки. Вместо нее за стойкой регистрации восседал тот самый черноволосый зеленоглазый парень с аурой поэта — Леонард Митчелл.
— Добрый день. А где Розанна? — поинтересовался Клейн, приподняв шляпу в знак приветствия.
— У нее сегодня дежурство в арсенале, — с улыбкой ответил Леонард, указывая на стеклянную перегородку.
Не дав юноше задать следующий вопрос, он, словно размышляя о чем-то важном, вдруг произнес:
— Знаешь, Клейн, есть одна деталь, которая не дает мне покоя.
— Какая именно? — непонимающе уставился на него Клейн.
Леонард поднялся на ноги и с мягкой усмешкой спросил:
— Почему Уэлч и Ная покончили с собой прямо на месте, а ты сначала вернулся домой?
— Должно быть, та неведомая сущность хотела, чтобы я унес и спрятал дневник семьи Антигон, — озвучил Клейн общепринятую версию.
Леонард сделал пару шагов по комнате, а затем резко обернулся, глядя Клейну прямо в глаза:
63
要脸的 (yào liǎn de) — Дорожить своим лицом / репутацией. Китайское выражение, означающее сохранять чувство собственного достоинства, не позориться публично.