— Я имею в виду ребенка Ланевуса.
Указав пальцем на стоящую рядом молодую девушку в шляпке с оборками, она пояснила:
— Это моя племянница, Мегос. Ее мать — моя старшая сестра. Мне безумно жаль… и я виню себя за то, что когда-то сочла Ланевуса выдающимся, блестящим молодым человеком. Я сама познакомила его с Мегос, когда он еще не был женат, и своими глазами видела, как между ними вспыхнули чувства.
— Родители Мегос тоже были от него в восторге. Они планировали вложить все свои сбережения в его сталелитейную компанию сразу после помолвки. По счастливой случайности Ланевус сбежал до того, как они успели передать деньги, что уберегло семью от полного финансового краха. Но, к огромному несчастью, теперь моей сестре и зятю приходится объяснять родственникам и друзьям причины отмены помолвки. А самое ужасное — им приходится ломать голову над тем, что делать с ребенком под сердцем у Мегос.
— Мы все веруем в Бога Пара и Машин, а не в Повелителя Бурь, поэтому не считаем, что влюбленные обязаны хранить невинность до свадьбы. Мы не виним Мегос, мы ей искренне сочувствуем. Однако вопрос о том, оставлять ли ребенка, оказался поистине тяжелым испытанием… Особенно учитывая, какой у него отец.
«Выходит, он не только выманил деньги, но и поиграл с чувствами…» — Клейн перевел взгляд на тихо стоящую Мегос и с удивлением отметил, что девушка обладает весьма выдающейся, утонченной красотой.
У нее был высокий гладкий лоб и длинные золотистые волосы. Большие глаза, поразительно похожие на глаза Кристины, сейчас светились тихой, меланхоличной грустью, а губы были плотно сжаты.
«Ну и мерзкий же мошенник! И ведь умудрился смыться безнаказанно…» — Клейн мысленно проклял Ланевуса. Немного поразмыслив, он произнес:
— Если бы ребенок уже появился на свет, я бы действительно мог использовать его связь с отцом, чтобы попытаться вычислить примерное местонахождение Ланевуса. Но, увы, до этого придется ждать еще несколько месяцев. Хм, возможно, это как раз и есть то самое откровение, о котором говорило мое предыдущее гадание. Терпение, выдержка, стойкость и отказ от алчности — всё это необходимо, чтобы дождаться перелома и увидеть солнечный свет.
— Несколько месяцев… — Кристина растерянно покачала головой. — Нет, спустя столько времени, даже если мы и найдем Ланевуса, вернуть деньги будет уже невозможно…
Она повернулась к зеленоглазой блондинке Мегос, и ее голос невольно стал тяжелым и строгим:
— У тебя остались какие-нибудь вещи, которые Ланевус носил при себе?
— Нет, — тихим, нежным голоском ответила Мегос. — А кольцо, которое он мне подарил, подойдет?
— Это должен быть предмет, который находился при нем достаточно долгое время, — покачав головой, отверг этот вариант Клейн.
Кристина помолчала несколько секунд и, глядя племяннице в глаза, сказала:
— Ты должна принять решение. Я считаю, что этот ребенок превратит всю твою дальнейшую жизнь в тернистый ад. Неужели ты собираешься сказать ему, когда он подрастет, что его отец — бессовестный мошенник, одурачивший кучу народа, включая его собственную мать?
— Тебе пора отправиться в клинику или больницу. К тому же это может помочь нам выследить Ланевуса и вернуть украденное.
«Эй, а не слишком ли кровожадным выйдет такое гадание?»[112] — Клейну было неловко вмешиваться в чужие семейные дрязги, поэтому он лишь терпеливо ждал в сторонке, то и дело мысленно отпуская едкие комментарии.
Мегос опустила голову и потупила взор, надолго погрузившись в молчание.
Спустя некоторое время она нежно погладила свой плоский живот, и на ее лице расцвела ласковая улыбка:
— Он совсем не похож на своего отца. Он очень заботливый и славный малыш.
— Каждый день он тихонько пинает меня, делясь своим настроением. А еще он напевает песенки и насвистывает мелодии, убаюкивая меня своей музыкой…
Слушая ее, Клейн внезапно почувствовал, что здесь что-то не так.
Если первая половина ее слов была вполне обычной реакцией будущей матери, то вторая звучала как откровенный бред. Она говорила о совершенно немыслимых вещах!
«Неужели этот удар оказался для нее слишком сильным, и она повредилась рассудком?» — Клейн поднял правую руку и потянулся к переносице, намереваясь сымитировать жест, снимающий усталость, чтобы активировать Духовное зрение.
Но в этот самый миг Мегос резко развернулась и быстрым шагом направилась к выходу, бросив напоследок лишь одну фразу:
— Возможно, его отец тайно вернется ради его рождения… Возможно, он сбережет для него часть своего богатства…
112
重口 (zhòng kǒu) — Хардкорно / жестко. Китайский интернет-сленг, обозначающий нечто выходящее за рамки морали, шокирующее или вызывающее отвращение. В данном контексте — намек на использование абортированного плода для магии.