«Высокому статусу? По-моему, мы больше смахиваем на финансовую пирамиду…» — слушая ее, тогдашний «Шут» Клейн лишь мысленно закрыл лицо рукой и тяжело вздохнул. Не найдя слов, чтобы прокомментировать столь завышенную самооценку мисс «Справедливости», он просто разрешил ей продолжить наблюдение за этими двумя Потусторонними.
«Мисс Справедливость заявила, что уже явственно ощущает признаки усвоения зелья. Возможно, через три-четыре недели она полностью завершит отыгрыш „Зрителя“… Значит, пора вплотную заняться рецептом „Телепата“…» — вытеревшись насухо, Клейн отложил полотенце и, натягивая свежее белье, мысленно вернулся к событиям позавчерашнего собрания Клуба Таро.
За эти без малого двадцать дней он встречался с врачом Дастом Гудерианом всего однажды. Руководствуясь правилом «поспешишь — людей насмешишь», он лишь справился о его самочувствии и мимоходом расспросил о кое-каких несущественных мелочах из жизни Алхимиков Психологии.
И теперь, учитывая ту скорость, с которой «Справедливость» переваривала зелье, ему поневоле пришлось ломать голову над тем, как бы выудить у Даста рецепт 8-й Последовательности «Телепат».
Застегивая пуговицы на рубашке одну за другой, Клейн взял сухое полотенце и обмотал им голову, чтобы подсушить короткие волосы.
По сравнению со «Справедливостью», скорость усвоения зелья «Провидца» у него была ничуть не ниже. К этой неделе, погружаясь в медитацию или активируя Духовное зрение, он уже перестал слышать то, чего не должен был слышать, и видеть то, чего не должен был видеть.
Вывернув полотенце другой стороной, Клейн еще раз промокнул волосы. Подняв взгляд на дверь, он беззвучно пробормотал:
«Мой „Кодекс Провидца“ действительно работает. На следующей неделе… на следующей неделе я должен окончательно переварить зелье… Вот только я понятия не имею, где раздобыть кристалл из рога серой козы с Хорнакиса и розу с человеческим лицом, необходимые для рецепта „Клоуна“… Возможно, стоит последовать примеру мадам Дейли и подать особое прошение… Но это неизбежно привлечет внимание высшего руководства… А мне сейчас отчаянно хочется затаиться и развиваться в тишине…[113] Сектанта из Ордена Авроры, затесавшегося в ряды полиции, уже вычислили, но кто такой этот мистер Z, до сих пор не ясно…»
«Генри обещал закончить расследование по красному дымоходу до конца этой недели… Моя заначка снова подросла до семи с лишним фунтов, так что беспокоиться о выплате остатка не придется…»
«В тех списках жильцов и домов, что он прислал ранее, пока не видно ничего подозрительного, а обходить всех по одному у меня просто нет времени…»
«Возможно, стоит для начала проверить, не сменились ли недавно жильцы в каком-нибудь из домов с красным дымоходом?»
«Хм, а это мысль».
Посидев в тишине еще с полминуты, он натянул серо-черные брюки, повязал галстук-бабочку и надежно закрепил кобуру с револьвером. Бросив тренировочный костюм в корзину для белья, он открыл дверь и вышел из ванной — Клейн только-только закончил свою послеполуденную тренировку в эту среду и всё еще находился в доме своего наставника Гавейна.
— Добрый день, мистер Моретти, — проходящая мимо служанка поспешно склонилась в легком поклоне.
Клейн едва заметно кивнул и, указав на мокрый пол и беспорядок в ванной, произнес:
— Будь добра, приберись там.
— Это моя обязанность, сэр. А одежду заберет прачка, она придет к шести, — опустив голову, ответила служанка.
Прачкам не предоставляли ни еды, ни жилья, а платили сущие гроши. Поэтому они никогда не работали лишь на одну семью. Как правило, они брали заказы у нескольких соседей и либо метались из дома в дом, стирая у каждого по очереди, либо собирали горы белья и тащили к себе, чтобы выстирать всё разом и разнести обратно. Только так они могли хоть как-то свести концы с концами.
Не став больше ничего говорить, Клейн прошел в гостиную, чтобы попрощаться с хозяином дома, сидящим в кресле-качалке.
Гавейн, чьи виски уже густо поседели, безжизненно кивнул. Его ноги были укрыты светло-коричневым пледом, а в руках он держал свежий выпуск «Вечерней Ахоа».
Клейн прекрасно знал, что этому мужчине, купающемуся в лучах заходящего солнца, едва перевалило за пятьдесят. Однако он выглядел таким дряхлым и отрешенным, словно ему было уже под девяносто.
Во время тренировок Гавейн тоже хранил молчание, открывая рот лишь для того, чтобы дать указания. Никаких лишних слов, никаких праздных бесед. А Клейн, выматываясь на занятиях до полусмерти, совершенно не горел желанием заводить светские разговоры. Поэтому их отношения так и остались отстраненно-прохладными.
113
猥琐发育 (wěisuǒ fāyù) — Затаиться и развиваться / играть от обороны. Геймерский сленг, означающий безопасный и скрытный фарм опыта/ресурсов вдали от опасных столкновений.