Всю дорогу Клейн ловил на себе цепкие, оценивающие взгляды Мелиссы, от которых ему становилось жутко не по себе. Едва переступив порог дома, он намеревался пулей взлететь на второй этаж.
— Клейн, — окликнула его сестра. Тщательно взвесив каждое слово, она с предельной торжественностью заявила: — Если ты планируешь обручиться с Элизабет, тебе придется вкалывать втрое больше. Ее отец — весьма успешный торговец импортом и экспортом, а мать — дочь баронета… то есть, как у нас говорят, лорда…
«Погодите-ка, обручиться? С каких это пор⁈» — Клейн обернулся и уставился на сестру в полнейшем, абсолютном недоумении.
«До чего же далеко зашли ее фантазии…»
Глава 158
Предмет мечтаний
— Нет, мы вовсе не… — Клейн не успел договорить, как Бансон с улыбкой перебил его:
— Пусть Элизабет и впрямь немного молода, а статус ее семьи заметно превосходит наш, но я всё же считаю, что вы друг другу отлично подходите. Просто тебе придется подождать пару-тройку лет. Она учится в грамматической школе, метит в университет, так что о свадьбе можно будет думать лишь лет через шесть-семь. Впрочем, вы вполне можете для начала обручиться.
«…И зачем вы вообще заглядываете так далеко вперед…» — Клейн мысленно выдохнул и произнес:
— Я вовсе не влюблен в Элизабет. Эм, если быть точным, мне просто не по душе девушки, которые настолько младше меня. Мне нравятся те, что постарше.
«На самом деле, в разумных пределах возраст для меня не проблема, но только не сейчас…» — бессильно добавил он про себя.
— Постарше? — Мелисса слегка нахмурила брови. — Значит, тебе нужно решить вопрос с женитьбой как можно скорее.
— А? — Клейн, совершенно сбитый с толку внезапными скачками женской логики, растерянно переспросил: — Почему это?
Мелисса с абсолютно серьезным видом пустилась в объяснения:
— Пока ты накопишь достаточно денег на свадьбу, тебе стукнет двадцать пять или двадцать шесть. Девушки постарше к этому возрасту либо уже давно замужем, либо обручены. Ты что, собираешься ухаживать за вдовой?
«Да что за чушь…» — Клейн в полном оцепенении мысленно ответил ей фразой на чистом китайском.[137]
«Пусть я и не до конца всё поняла, но звучит чертовски логично…» — Сью и Форс переглянулись. Серьезно кивнув, они забрали документы, поднялись со своих мест и откланялись.
Проводив взглядом двух леди, которых выпроваживал его помощник, седовласый Айзенгард выудил из кармана жилета латунный брелок. Это была крошечная, раскрытая книжица, в самом центре которой красовался вертикальный глаз.
Слегка покачиваясь в кресле-качалке, Айзенгард поглаживал брелок и тихо бормотал:
— Цилангос проник в Баклунд?
Порт Притц, некий подвал.
«Повешенный» Элджер хладнокровно взирал на корчащегося перед ним на стуле мужчину.
Этот человек в матросской робе бился в агонии. Его голова была полностью заключена в бледно-голубую водяную сферу, а лицо налилось таким багровым цветом, что, казалось, вот-вот брызнет кровь.
Он отчаянно рвал и царапал свое лицо, но лишь разбрызгивал капли воды.
Наконец, не выдержав муки, он подал знак о сдаче.
Уголки губ Элджера поползли вверх, и он небрежно хлопнул в ладоши.
Бледно-голубая сфера мгновенно распалась, пролившись на пол дождем.
Матрос судорожно, жадно хватал ртом воздух, заходясь в таком диком кашле, что, казалось, вот-вот выплюнет собственные легкие.
Дождавшись, пока дыхание пленника выровняется, Элджер откинулся на спинку стула и, мастерски копируя спокойный, отстраненный тон Шута, произнес:
— Рассказывай. Зачем Цилангос отправился в Баклунд?
— Он… он отправился туда, чтобы выполнить один заказ. Но в чем именно заключается суть дела, я не знаю, — окончательно сломленный пират отвечал предельно честно. — Мне известно лишь то, что ему пообещали взамен. Цилангос как-то хвастался перед нами, что если всё пройдет гладко, он заполучит вещь, о которой мечтал всю свою жизнь. И тогда «Четыре Короля» пиратов превратятся в «Пять Королей».
«Вещь, о которой он мечтал всю жизнь?» — Элджер нахмурился, погрузившись в раздумья.
Утро понедельника. Клейн так и не смог нормально отдохнуть. Следуя своему плану, он продолжил прочесывать Тинген в поисках домов с красными дымоходами.
Увы, на этот раз удача снова отвернулась от него, и нужного здания он так и не нашел.
Вернувшись домой к полудню, он разогрел вчерашние остатки еды, пожевал овсяного хлеба и позволил себе вздремнуть часок.
Без двадцати минут три Клейн отложил книгу, запечатал спальню духовной стеной и вновь перенесся в таинственное пространство над серым туманом.
Вальяжно усевшись во главе длинного бронзового стола, он не стал высчитывать частоту сердцебиения «Солнца», а просто вытянул правую руку и заранее послал ему отклик.
В Городе Серебра.
Деррик Берг, обливаясь потом на тренировочной площадке, вдруг почувствовал помутнение в глазах. Сквозь пелену он разглядел густой серый туман, а в его глубине — восседающего в кресле с высокой спинкой Шута.
Юноша на мгновение остолбенел, тут же прекратил тренировку и покорно опустил голову.
Дождавшись, пока «иллюзия» рассеется, он начал про себя отсчитывать удары сердца, подхватил свой серебристо-белый прямой меч и быстрым шагом направился в зону отдыха.
Спустя тысячу ударов он уже надежно заперся в пустой уборной.
Выждав еще десяток вздохов, он увидел, как из пустоты вырывается багровый свет, в мгновение ока поглощая его с головой.
Над серым туманом. Клейн откинулся на спинку кресла и незаметно дважды сомкнул левые зубы, активируя Духовное зрение.
Он посмотрел в глубины Эфирного тела «Солнца» и увидел, что пестрые, хаотичные цвета слились в чистый, безупречный оттенок, подобный утренней заре. С легкой улыбкой юноша произнес:
— Мои поздравления, мистер Бард.
Одновременно с этим он заметил, как за спинкой кресла Деррика стремительно перемещаются сияющие звезды, складываясь в символ солнца.
«Оно изменилось само по себе, без моего мысленного приказа, словно сработал условный рефлекс… Хм, за исключением этого дворца, стола и кресел, ни один другой материализованный здесь предмет не сохраняется после моего ухода… У них совершенно особая природа… А серый туман и впрямь таит в себе немало секретов…» — Клейн задумчиво разглядывал представшую перед ним картину.
Деррик еще ниже опустил голову и сдержанно, со всем смирением ответил:
— Всё это стало возможным лишь благодаря вашей помощи. И это только начало.
Его ничуть не удивило, что Шут смог с первого взгляда определить, что он выпил зелье.
Клейн извлек серебряные карманные часы, со щелчком откинул крышку и тихо рассмеялся:
— Что ж, давайте начнем наше собрание. Запомни, впредь мы будем встречаться примерно с такой же частотой… эм, или, вернее сказать, с таким интервалом.
С этими словами он установил связь с багровыми звездами, символизирующими «Справедливость» и «Повешенного», вновь втянув обоих участников в монументальный дворец, подобный жилищу гигантов.
Одри, едва сфокусировав взгляд на окружающей обстановке, тут же радостно, звонким голосом поприветствовала собравшихся:
— Добрый день, господин Шут! У меня есть для вас еще одна страница из дневника императора Росселя.
— Добрый день, мистер Солнце. Вам удалось раздобыть рецепт «Телепата»?
137
这都什么跟什么啊 (zhè dōu shénme gēn shénme a) — Что за чушь / что к чему. Китайское выражение, используемое для выражения полного непонимания и абсурдности ситуации.