Карлстон раскрыл веер и прикрыл основание от посторонних глаз своей широкой кистью. Хелен глубоко вдохнула. Ее вот-вот раскроют. Граф изучал пастораль, наклонив голову. Чего он ждет? Медальон у него в руке – как можно его не заметить? Но граф молчит. Более того, он прячет его от тетушки.
– Прекрасный веер, – сказал наконец граф, но между темными бровями пролегла крошечная морщинка.
Хелен могла только предположить, что, несмотря на маску полнейшего равнодушия, граф был ошеломлен.
Он посмотрел на нее, и долгая пауза прибавила веса его последующим словам. Девушка стояла неподвижно. Она надеялась, что так граф скорее вернет ей кулон.
– Вам его преподали как подлинный «Верни Мартен»?
Хелен резко выдохнула. Граф тянет время. Зачем?
Тетушка вытянулась в струну негодования:
– Чтобы вы знали, этот веер леди Хелен подарил ее дядюшка, виконт Пеннуорт!
– Чудесный подарок, – улыбнулся граф.
Веер со щелчком закрылся и вернулся в руки Хелен. Она сразу почувствовала, что он стал легче. Медальон исчез. Упал? Хелен скользнула взглядом по полу – ничего. Между пластинками все еще болтался обрезок голубой ленты. Край был ровным. Ленту отрезали ножом, но как же она ничего не заметила? Ее пальцы нервно сжали основание веера. Граф надеется увидеть ее подавленной? Нет, она не подарит этому ужасному человеку подобного удовольствия. Девушка придала своему лицу беззаботное выражение и встретилась взглядом с веселыми темными глазами. Граф забавляется! Хелен не могла понять, зачем ему это.
– Мы уступим другим возможность познакомиться с вами, леди Хелен, – сказал лорд Карлстон и поклонился. – Приятно было с вами побеседовать.
Он уходит с портретом ее матери! Нет!
– Лорд Карлстон, надеюсь, вы нас навестите, – выпалила девушка, стараясь хоть как-то его остановить. Мистер Браммел замер в поклоне, шокированный тем, что леди нарушила правила приличия. – Я хочу сказать, – упрямо продолжила Хелен, – что сочту за честь, если завтра вы удостоите нас своим визитом. Ведь мы одна семья. – Она растянула губы в напряженной, как сжатый кулак, улыбке.
– Хелен! – возмутилась тетушка.
Глаза лорда Карлстона еще ярче засверкали весельем.
– Я с удовольствием приму приглашение от своей родни. Уверен, мистер Браммел меня сопроводит.
Красавчик Браммел улыбнулся, но Хелен заметила в его улыбке скрытое раздражение.
– С радостью, мадам. В таком случае – до завтра.
Даже великий мистер Браммел прогнулся под волю лорда Карлстона.
– До завтра, – слабо отозвалась тетушка.
Джентльмены удалились, и толпа расступилась перед ними.
Сжимая в руке веер, Хелен неотрывно следила за Карлстоном, который постепенно затерялся в толпе приглашенных. Впервые в жизни ей страстно хотелось дать обидчику пощечину. Или, того хуже, завопить от переполнявшей ее ярости.
– Что на тебя нашло? – спросила Леонора. – Только нам не хватало визита человека с дурной славой. Твой дядюшка вряд ли будет доволен.
Эндрю это тоже не понравится. Она не сдержала свое обещание. Но позволить наглому Карлстону уйти с победой было бы по меньшей мере неправильно.
– С ним придет мистер Браммел, – отозвалась Хелен и заметила, что этот джентльмен наклонился, разглядывая что-то в руке графа. Ее медальон.
– Что ж, ты права, – просияла тетушка. – Ты минут десять, не меньше, удерживала при себе мистера Браммела. Теперь я не сомневаюсь, что тебя ждет успех.
Хелен кивнула, но ее внимание снова захватил лорд Карлстон. Интуиция подсказывала, что он обернется. Не упустит возможности позлорадствовать. Так и есть, оглядывается. Впервые за все время Хелен безошибочно определила овладевшую им эмоцию.
Предвкушение.
Хелен, как дочь графа, значилась в списке привилегированных особ, которых первыми вызвали к Ее Величеству. Когда они с тетушкой пробирались сквозь толпу к парадной гостиной, девушка заметила мистера Браммела: он беседовал с известной чернокудрой красавицей, леди Конингем[17], которой тетушка пророчила место будущей фаворитки Принни. Лорд Карлстон же словно испарился. Хелен незаметно поднялась на носочки и оглядела большой зал. Вероятно, он ушел. Остается только надеяться, что завтра граф бросит свою странную затею и вернет ей медальон во время утреннего визита. Хелен нашла такому поведению одно-единственное объяснение: граф с ней забавляется. Иначе зачем Карлстон украл портрет ее матери и не выдал ее тайну? Разве что у него с головой не все в порядке. Но как тут оправдать соучастие мистера Браммела? Хелен помотала головой – она кружилась от загадочных вопросов и мыслей о предстоящей встрече с королевой.
17
Элизабет Конингем (1769–1861) – английская маркиза, последняя фаворитка Георга I V, даровавшего ее супругу титул маркиза. Стала любовницей принца-регента в 1819 г.