Видимо, все эти чувства отразились на лице у Олега, поскольку Гита, уже не пряча глаз, спросила:
– Ты вспоминал обо мне хоть иногда?
– Ответить «нет» значило бы солгать, ответить «да» значило бы не сказать всей правды, – промолвил Олег, пожирая Гиту взглядом. – Я постоянно думаю о тебе. Ты даже снилась мне несколько раз.
В следующий миг Олег устремился к Гите и упал перед ней на колени, стиснув её нежные ручки в своих ладонях. Им вдруг овладел сильный душевный трепет, словно перед ним сидела не обычная смертная женщина, а сказочная фея из саксонских баллад, которые часто пела Олегу мачеха.
– Почему меня отдали в жёны Владимиру, а не тебе? – печально прошептала Гита и что-то добавила по-английски, проведя рукой по волосам Олега.
В этот момент в дверь раздался тихий троекратный стук.
Видимо, это была служанка Гиты.
– Тебе пора уходить, – прошептала Гита.
Но сама продолжала держать Олега за руку.
Олег притянул к себе Гиту, обняв её за плечи. Гита запрокинула голову, подставляя ему губы. Долгий пламенный поцелуй растворил их друг в друге. Снова раздался тихий стук в дверь, но Олег и Гита уже не обратили на это внимания.
Глава вторая. Битва при Оломоуце
Русское войско вступило в Польшу, но польского воинства под Сандомиром не оказалось.
Стало известно, что поморяне[18] в очередной раз совершили набег на владения польского князя, поэтому Болеслав спешно увёл войско для защиты своей столицы. Для войны с чехами в Польше собиралось другое войско, во главе которого должен был встать Владислав, брат Болеслава.
Дыглош, переговоривший с сандомирским воеводой, сказал русичам, что им надлежит двигаться к городу Калишу, где пребывает Владислав.
На пути к Калишу русским полкам пришлось переправляться через реки Вислу и Варту, это замедлило их движение. Повсюду в польских городах и селениях местные жители взирали на русичей с опаской и недоверием. Это была так называемая Малая Польша, куда не раз ходили войной русские князья, начиная с Ярослава Мудрого и его брата Мстислава Храброго[19].
Земли по реке Буг входили в состав Руси со времён Владимира Святого[20], как и восточные предгорья Угорских гор[21]. Однако польские князья неоднократно пытались отвоевать Побужье у киевских князей, зарились они и на червенские города, что стоят у притоков Вислы по рекам Сан и Вепш. Население в этих неспокойных краях было смешанным: диалект западных славян давно смешался с говором живущих здесь издревле волынян и бужан, восточнославянских племён. Противостояние поляков с русами, несмотря на родственные браки, обострялось ещё из-за того, что польские князья приняли католицизм, в то время как на Руси было распространено православие.
Вражда западной церкви с Византийскими патриархами[22], распространившими свою веру на южных и восточных славян, не позволяла соседствующим славянским народам разрешить до конца все противоречия. По этой же причине поляки хоть и часто враждовали с чехами, но тем не менее считали их своими братьями по вере, поскольку богослужение в Чехии происходило на латыни, как и в Польше.
Город Калиш лежал в самом центре польских земель, сюда победоносные русские дружины не доходили ни разу. Зато, по признанию Дыглоша, в недалёком прошлом чехи неоднократно разоряли Калиш и всю ближнюю округу. Оказывается, у польских владетелей издавна было две беды: язычники-поморяне, не желавшие принимать веру Христову, и чешские князья, постоянно отнимавшие у поляков земли по реке Одре.
Последний раз земли по Одре отнял у поляков чешский князь Бржетислав[23], отец нынешнего властителя Чехии – Вратислава. Утраченные области вместе с городом Вроцлавом сумел вернуть польский князь Казимир Восстановитель[24], отец Болеслава. Но сделал это Казимир не вооружённым путём, а пообещав впредь выплачивать чехам дань в виде пятисот гривен серебром и трёхсот гривен золотом ежегодно. Эту дань поляки выплачивают и поныне, ибо все попытки избавиться от неё заканчивались неизменным вторжением чехов в Польшу.
18
Поморяне – западные славяне, жившие на побережье Балтийского моря. Несмотря на свою раздробленность, поморяне активно сопротивлялись христианизации своих земель со стороны поляков и немцев.
19
Мстислав Храбрый – сын Владимира Святого и брат Ярослава Мудрого. Ему досталась в удел Тмутаракань, где он княжил в 987-1036 годах.
20
Владимир Святой – киевский князь с 980 по 1015 год, сын Святослава Игоревича от рабыни. Своё прозвище получил за распространение христианства на Руси.
22
Византийский патриарх – глава всех христиан православного толка в эпоху Средневековья, постоянно находился в Константинополе. Ему подчинялись все поместные православные приходы и церкви. В том числе Русская церковь.
23
Бржетислав – здесь имеется в виду Бржетислав Первый, сын Олдржиха, правивший Чехией в 1035–1055 годах.
24
Казимир Восстановитель – польский князь, сын Мешко Ламберта, правивший в 1039–1058 годах.