Смотрит недоумённо – а я, смотря вниз:
– Да, да! Подобная нервотрёпка очень вредит мужскому… Эээ… Организму. А разве то, что сегодня было между нами ночью – тебе не понравилось?
Не дав углубиться и закрепиться появившемуся разочарованию в её прелестных глазках:
– А вот королевой тебе быть – в самый раз!
Та, не раздумывая:
– Согласна! Я – королева, ты мой премьер-министр.
Вновь её целуя, я:
– А вот это – дудки! Королеву все любят – на то она и королева. А премьер-министра – издающего непопулярные, но жизненно-необходимые законы – все ненавидят. И если королева, слишком долго не меняет ненавидимого народом правителя – ненависть переходит на неё саму…
Глянув в расширившиеся глазки:
– …Ты, сама предпочитаешь быть Марией-Антуанеттой, прикажешь расстрелять меня – как Димитриоса Гунариса[4] или подошлёшь идейного борца с револьвером – как к Столыпину?
Лепечет, осознав как непросто быть королевой:
– Я не знаю…
– Зато я знаю! Поэтому, предпочитаю быть у тебя просто тайным советником. Согласна?
Ответом, был облегчённый вздох и жаркий поцелуй в уста.
Когда моя гражданская супруга отдохнула, привела себя в порядок, переоделась и слегка напудрила носик, я – перестав любоваться на часы, взял её за ручку и повёл в поэтическое кафе. Туда впрочем, мы уже явились на «пионерском расстоянии», не желая афишировать ставшими «близкими» отношения.
Впрочем…
Впрочем, «шила в мешке не утаишь» – на Лизке эти «отношения» были видны, как пятна на жирафе в солнечный полдень.
Это могло увести мысли моих собеседников по предстоящему очень серьёзному разговору – очень далеко в сторону… Поэтому пришлось сперва завести мою Королеву на кухню и практически насильно накормить лимоном, отчего в зал «Стойла Пегаса» – она явилась скривившаяся, как от зубной боли.
После праздничного ужина, уже по случаю успешного собеседования, в том же составе поднялись наверх в один из служебных кабинетов. Здесь были все, кроме Мишки Барона – играющего, как известно – «сольную партию» в моей многоходовочке.
Когда расселись, я сказал:
– Ребята! Вчера была своеобразная проверка на взрослость и «вшивость»: раз вы выслушав всё это – не разбежались перепуганными тараканами, а решились со мной ещё раз встретиться и поговорить… Значит, вы – уже достаточно зрелые и сильные личности!
Приятное слово и кошке приятно!
Мои архаровцы повеселили, приободрились, приосанились и, стали задорно-уверенно друг на друга и на меня поглядывать.
Затем, я рассказал им про историю с Погребинским и, под возмущённый гул:
– У нашей «группы альпинистов» возникла вот такая проблема… Как будем её решать? У кого, какие соображения на тот счёт?
Почти не слушая тут же возникший гомон (чтоб они не предложили, будет как я скажу), я думал своё.
Чтоб что-то создавать, надо сперва подсчитать – а что уже имеется в наличие? Какие силы? С какого уровня этой «стратегии» придётся стартовать?
А в наличии имеется – не так уж и мало, зря я прежде прибеднялся, сирота казанская!
Как бы там не было – «первые шаги на дороге в тысячу ли», уже сделаны.
Когда в прошлом году Андрей Жданов стал Первым секретарём Нижегородского губернского исполнительного комитета ВКП(б), то замена «головы» – привела к тектоническим сдвигам и все губернскую «вертикаль власти». Об всех подвижках рассказывать, пожалуй не след – никому это не интересно, но Губернский исполнительный комитет комсомола (Губ РЛКСМ) – стал полностью нашим… То бишь нижегородским, в котором ульяновцы играли «первую скрипку».
«Лиха беда начало», как в народе говорится!
Ефим Анисимов в нём занял должность Ответственного секретаря, Кондрат Конофальский возглавил Отдел пропаганды – отвечающего за идеологию и комсомольскую печать, Елизавета Молчанова – Секретарь учетно-распределительного отдела, отвечающего за «учёт и контроль» кадров. Ещё пятеро ребят из Нижнего Новгорода или других уездов губернии – пришлых «варягов» не осталось от слова «совсем».
Про свой «ближний круг» я уже достаточно много рассказывал, но не помешает ещё раз напомнить.
Младший Анисимов имеет все задатки вождя: яркий, харизматичный лидер – которому его сверстникам хочется подражать и повиноваться. Именно такими, по моему мнению, были выдающиеся полководцы – за которыми шли буквально в огонь и в воду.
Правда, за ним нужен глаз да глаз…
А не то получится какой-нибудь Батька Махно нижегородского разлива.
4
Премьер-министр Греции, осужденный в «Процессе шести» за поражение в войне с Турцией и расстрелянный в 1922 году.