— Раджан! Дервиш!
Здесь меня никто так не называет, так что я открыл. Сначала я не узнал его, небритого, голодного и выглядевшего полубезумным; за десять дней, прошедших с тех пор, как я видел его в последний раз, щеголеватый офицер исчез. Я резко сказал ему, что лавка Аттено закрыта, и спросил, что ему нужно.
— Я должен поговорить с вами, Раджан. Я называю вас так потому, что теперь это не поставит нас в ложное положение.
Тогда я его узнал, но мне потребовалась пара секунд, чтобы вспомнить его имя:
— Сфидо? Капитан Сфидо?
— Да. — Он выпрямился, щелкнув каблуками, расправил плечи и отсалютовал мне. Наверное, я попросил его войти и сесть; конечно, я достал старый деревянный стул, который мой хозяин держит для таких случаев у кассы.
— Бедн муж. — Орев посмотрел на него одним глазом-бусинкой и щелкнул алым клювом, как бы говоря: «Смотрите, вот затруднительное положение, в которое попадают нечестивцы!»
Сфидо попытался улыбнуться; я редко видел, чтобы взрослый человек выглядел таким жалким:
— Я вижу, вы уже получили обратно своего маленького питомца.
Я сказал ему, что Орев не был связан никакими узами и вернулся ко мне по собственной воле.
— Никакими, кроме вашей магии.
— У меня нет никакой магии, но если бы и была, я бы не стал использовать ее для этого.
— Ничего подобного. — Это был не вопрос.
— Нет. Никакой.
— Вы в мгновение ока перенесли нас на Зеленую, потом в Солдо, потом снова на Зеленую и вернули обратно, как только это было вам нужно. — Он вздохнул. — Звучит так, словно я с вами спорю. Наверное, так оно и есть, но я искал вас не для того, чтобы спорить. Раджан, вы когда-нибудь слышали о человеке по имени Гальярдо[95]? Он гражданин моего родного Солдо.
— Нет, не слышал.
— Он богат и может жить на свою ренту, и поэтому изучает звезды, которые его интересуют, и у него есть несколько странных инструментов, построенных для этой цели. Вы дали мне лошадь и отправили домой, помните? Я должен был сообщить нашему Дуко, что Купус и его солдаты перешли на вашу сторону.
— Конечно.
— Я сразу же попытался увидеться с Дуко Ригоглио, но он был слишком занят, поэтому я пошел к Гальярдо и спросил, далеко ли до Зеленой. Гальярдо ответил, что этот виток никогда не бывает ближе тридцати пяти тысяч лиг. Я не могу понять, как кто-то может измерить такое большое расстояние, и Гальярдо допускает, что может ошибаться на тысячу лиг или около того, но это то, что он сказал.
Я поблагодарил его и добавил:
— Я время от времени думал об этом и рад получить информацию.
— Речь, речь, — сухо заметил Орев.
— Удивительно, что кто-то может сделать такое измерение, — сказал я, — но я нахожу еще более удивительным, что инхуми могут перейти из их витка в наш, бросая свои обнаженные тела через бездну на тысячи лиг.
— Сейчас Зеленая далеко не в самой близкой точке от нас, — сказал Сфидо. — До нее больше восьмидесяти тысяч лиг.
Я покачал головой:
— Они не осмеливаются даже пытаться пересекать такие расстояния. Они появляются только тогда, когда два витка находятся ближе всего, и даже тогда многие погибают — по крайней мере, так мне говорили.
— Плох вещь, — благочестиво заявил Орев.
— Не хуже, чем мы, — ответил я ему. Когда Сфидо промолчал, я добавил: — Это правда, что на Витке длинного солнца есть инхуми; но они, по-видимому, совершили путешествие на борту возвращающихся посадочных аппаратов.
— Вы в мгновение ока перенесли пару сотен человек через восемьдесят тысяч лиг, причем четыре раза. — Сфидо вздохнул. — Именно это я и сказал Дуко Ригоглио. Я сказал, что он сам видел вас и должен знать, что, пока вы на стороне Бланко, сражаться с ним — самоубийство.
— Он согласился на мир?
Сфидо покачал головой.
— Значит, он послал вас сюда, чтобы убить меня, — рискнул я. — Когда вы попытаетесь?
— Нет резать! — воскликнул Орев.
Сфидо подхватил слово, после секундной паузы повторив:
— Нет.
— Тогда он пошлет кого-нибудь другого, я полагаю. Он пытался заставить Фаву отравить Инклито.
— Я предложил ему подкупить вас. Я сказал ему, что сомневаюсь, что вас вообще можно убить, и ассасин просто потеряет свою собственную жизнь и аванс, который ему даст Дуко. Но я сказал, что вы можете помочь нам за золото и власть, и что он должен предложить вам много и того и другого. Женщины, лошади, труперы — все, что, по мнению эмиссара Дуко, вы захотите. Трон в Бланко или Олмо.
— Вы ошиблись, — сказал я, — ведь однажды я уже умер. Но вы предложили Дуко Ригоглио отдать мне трон?
Сфидо кивнул.
— Вы слишком стары, чтобы родиться здесь. Сколько вам было лет, когда вы покинули Грандеситту?