— Для кого вы строите этот дом?
— Для правителя Бахрейна.
— Я вижу, ему невтерпеж избавиться от лишних денег,— заметил халиф и велел отобрать у правителя Бахрейна половину его имущества.
*
Рассказывал Абу Хурайра:
«Когда халиф Омар сместил меня с поста наместника Бахрейна, он сказал мне:
— Ты враг Аллаха и его Священной книги, ты присвоил себе деньги, принадлежащие Аллаху!
Я возразил:
— Я не враг Аллаха и не враг его Священной книги, я враждую лишь с твоими врагами, халиф, а денег, что принадлежат Аллаху, я не крал!
Омар спросил:
— Откуда же у тебя появилось десять тысяч дирхемов?
Я ответил:
— Мои табуны разрослись, мне делают богатые подношения, и во всех начинаниях мне сопутствует удача.
Омар приказал отобрать у меня все деньги и отпустил. На другое утро, сраэгу после молитвы, я попросил у повелителя правоверных дозволения уехать домой, но он сказал:
— Разве ты не хочешь снова стать наместником?
Я ответил:
— Не хочу.
Тогда Омар воскликнул:
— Люди достойней тебя и те почитали за честь быть наместниками, например, Юсуф!
Я возразил:
— Юсуф был пророком, а я — сын простой невольницы. Не желаю, чтобы снова нанесли урон моей чести и моим деньгам».
*
Одного человека подговорили, чтобы он подошел к халифу Муавии в мечети, когда тот совершал земной поклон во время молитвы, прикоснулся бы к нему сзади и сказал: «Хвала Аллаху, повелитель- правоверных, до чего ж ты похож этим местом на свою матушку Хинд!» Он так и поступил. Муавия спокойно завершил молитву, затем обернулся и сказал:
— Да будет тебе известно, что моему батюшке это и нравилось в ней больше всего. А теперь ступай и получи с тех, кто тебя- подговорил, обещанную мзду.
Тот человек получил свою награду, и его снова подговорили, чтобы он во время пятничной проповеди спросил эмира Зияда, незаконнорожденного: «Эй, эмир, кто твой отец?» Он так и сделал. Зияд, прервав свою проповедь, воскликнул:
— Вот человек, от которого ты узнаешь истину! — и сделал знак начальнику стражи, чтобы тот схватил наглеца и отрубил цму голову.
Узнав об этом, Муавия молвил:
— Это я был причиной его смерти. Если б я наказал его за первый проступок, он не осмелился бы на подобное вторично.
О том, сколь важно правителю быть сдержанным и милостивым
Малик ибн Анас рассказывал:
«Однажды Халиф Абу Джафар аль-Мансур послал за мной и Ибн Гавусом. Вошедши к нему, мы увидели, что халиф сидит на новом ковре, а перед ним разостланы циновки для казни и по бокам стоят стражники с обнаженными мечами. Он сделал нам знак, чтобы мы сели.
Некоторое время халиф сидел, понурившись и не глядя на нас, затем, обратившись к Ибн Тавусу, спросил:
— Не расскажешь ли ты мне о своем отце?
Ибн Тавус ответил:
— Изволь, повелитель. Однажды я слышал, как мой отец говорил, что на Страшном суде самому жестокому наказанию будут подвергнуты те, которых бог наделил властью, а они злоупотребили ею в ущерб справедливости и закону.
Ибн Тавус замолчал, а я подобрал полы своей одежды, чтобы не запачкать их кровью, когда ему будут рубить голову. Потом Абу Джафар снова обратился к
нему:
— Прочти мне наставление, Ибн Тавус!
Тот ответил:
— Слушаюсь, повелитель правоверных. В книге господней говорится: «Разве ты не видел, что сотворил бог с племенем Ад непреклонным, с городом Ирам многоколонным, которому не было равных на земле, и с племенем Самуд, воздвигавшим дворцы на скале?» — Он читал эти слова Корана, пока не дошел до строки: — «А твой господь видит все».
И я снова подобрал полы, чтобы не запачкаться в крови. Халиф помрачнел ликом, и на нас будто бы опустился зловещий мрак. Наконец он молвил:
— Ибн Тавус, подай мне чернильницу!
Но тот будто и не слышал. Абу Джафар повторил приказание, но Ибн Тавус и на сей раз не выполнил повеления. Халиф в гневе воскликнул:
— Как ты смеешь не повиноваться мне?
И Ибн Тавус ответил:
— Я боюсь, что ты напишешь нечто не угодное Аллаху, а я стану в этом твоим соучастником.
Халиф крикнул:
— Убирайтесь оба с моих глаз долой!
Ибн Тавус отозвался:
— Благодарю тебя, повелитель.
И я никогда не забывал, какую услугу оказал он мне».
ЯХОНТ
-1-
КНИГА О ВЕЖЛИВОСТИ
О том, как надлежит хранить тайну
Мудрецы говорят: «Твоя тайна — твой враг, не поделись же ею даже с лучшим другом».
*
Лучшее, что сказано в стихах о сохранении тайны,— строки Омара ибн Абу Рабиа:
И молвила тихо она, олустив покрывало:
1
Говорят мудрецы: «Тот, кто хочет постоянно быть на виду у правителей, пусть заранее примирится с тем, что на его долю выпадет немало обид. Он должен отбросить гордость и упрямство и сдерживать гнев, иначе никогда не получит желаемого».