Послание грузинской царицы Руссутаны
Папе Гонорию III
1224 г.
Четырехтомная энциклопедия Винсента из Бове, «Великое зерцало» (сер. XIII в.), является одним из самых значимых и всеобъемлющих произведений этого жанра, созданных в эпоху Средневековья. Она охватывала большинство отраслей знания и подразделялась на четыре основные части, посвященные христианскому вероучению, морали, природе и истории. В составе раздела, известного как «Зерцало истории», сохранились фрагменты «Истории татар»[70] — сочинения монаха Симона де Сент-Квентина, одного из монахов-доминиканцев, отправившегося в 1247 г. по поручению Папы Иннокентия IV в составе миссии, возглавляемой братом Асцелином, в расположение татарского войска нойона Байджу[71], находившегося на тот момент в Персии. Винсент из Бове так рассказывает о своем источнике («Историческое зерцало», кн. XXXII, гл. 2 «О первых миссиях братьев-проповедников и братьев-миноритов к татарам»): «В это самое время Папа Иннокентий Четвертый отправил брата Асцелина из ордена проповедников вместе с тремя другими братьями из различных конвентов сего ордена, пользовавшихся таким же авторитетом, как и первопоименованный, с тем чтобы доставили в татарское войско Апостольское послание, в котором Папа увещевал татар удержаться от истребления людей и обратиться к истинной вере. И я от одного из них, а именно от брата Симона де Сент-Квентина, получил после его возвращения книгу о деяниях татар, которую по большей мере использовал выше сообразно времени и ходу повествования».
«История татар» Симона полностью не сохранилась, нам известны только те отрывки, которые были использованы в монументальной компиляции Винсента из Бове. Нередко Винсент сам указывал на источник, откуда был почерпнут взятый им текст (во многих случаях составитель «Исторического зерцала» прибегал к пересказу или делал в цитируемых отрывках сокращения). Таким образом, в полной мере представить себе структуру сочинения Симона де Сент-Квентина невозможно: судя по сохранившимся отрывкам, «История» содержала отчет о миссии доминиканца Асцелина, рассказ об этнографии и обычаях монголов, истории татар (разорении государства пресвитера Иоанна, хорезмийцев, Персии, Грузии и Армении, а также Турции[72]).
Винсент из Бове объединил главы из «Истории монгалов» францисканца Иоанна де Плано Карпини, выписки из «Истории татар» Симона де Сент-Квентина, дополнил их сведениями и выдержками из других источников и в подобном виде решил представить информацию читателю.
Винсент из Бове
Историческое зерцало
В 1202 году от Рождества Христова, как сообщают некоторые, татары, убив своего господина, вышли для опустошения народов. А до этих пор они, пребывая в своей стране, называемой Татария и находящейся по соседству с Индией, сговорились против своего господина — царя Давида, а именно сына пресвитера Иоанна, бывшего некогда императором и правителем Индии. И замыслили они коварно лишить его жизни. А ведь ранее с давних времен Татария была подчинена царю Индии, и они мирно и тихо выплачивали каждый раз дань в положенное время. Когда же вышеупомянутый царь по обыкновению потребовал с них дань, добавив к этому, что оружием и прочими повинностями они обязаны служить [господину своему], татары, жалуясь на тяжесть бремени под десницей своего господина, собрали многочисленный совет, чтобы решить: просто подчиниться или, по возможности, поступить противоположным образом. Тогда один из них, по имени Чингис, считавшийся у них более опытным и проворным, посоветовал, чтобы они воспротивились приказу царя, и все единодушно восстали против него, и его вместе с теми его людьми, до которых удастся добраться, прикончили. «А для того чтобы привести это в исполнение, — сказал он, — необходимо, чтобы мы все были единым и неделимым целым. И один из пятерых пусть будет начальствовать над четырьмя остальными, и по четвертям они называться будут, и будет предписано подчиняться во всем пятым, и тот, кто не подчинится, будет убит. И таким же образом над девятью будет десятый, и над девятнадцатью — двадцатый, и так до тысячи и до тысячи тысяч, пока не достигнем бесконечности. Наконец появится один, превосходящий всех, подобно государю или хану, и он должен будет под страхом смерти удерживать всех в своем подчинении». И тогда, одобрив это при всеобщем согласии на совете, они избрали его вместе с его наследниками своими государями и пообещали вечное повиновение, о котором было сказано выше, а также то, что будут служить ему вплоть до скончания лет. Он же, будучи избранным, утром следующего дня, собрав всех, взошел на возвышенность и, ободряя их, сказал: «Знайте, что отныне три вещи будут среди нас навечно отмечены знаком греха, а именно ложь, воровство и прелюбодеяние. Ныне я не препятствую Господу судить в будущем эти или другие деяния, но для того, чтобы удержаться от этих вещей, мы дадим ему обет в том, что если кто-нибудь в каком-либо из этих прегрешений будет замечен, то безо всякого снисхождения будет казнен». И они дали обет соблюдать его установления, и предписано было им не ходить путями неправедными. Затем он приказал всем им собраться во всеоружии и, разделив их на два войска, предписал им в один и тот же день, с двух сторон, находящихся на одинаковом расстоянии от центра страны царя Давида, вторгнуться вглубь и мчаться быстро, не останавливаясь для того, чтобы поесть или совокупиться. И собрав поэтому своих рабов и пригнав сколь можно большее количество скота, а из рабов большая часть были пешие, немногие ехали верхом на быках и совсем немногие — на осликах, лошадях или жеребятах, и захватив с собою луки, и стрелы, и. палицы, то есть палки, считающиеся у них наилучшим оружием, они вторглись одновременно с двух сторон в землю своего господина и наполнили ее потоками крови. Тогда царь Давид, узнав об их неожиданном появлении и не имея достаточных сил для сопротивления, обратился в бегство перед одной частью их войска, но встретился с другой, и был разбит, и затем со всею своею семьей, за исключением одной дочери, был иссечен. А эту оставшуюся в живых дочь вышеупомянутый Чингис-хан взял, как говорят, в жены и народил от нее детей.
70
В составе «Исторического зерцала» (нумерация книг дана по изданию 1473 г.) можно вычленить следующие фрагменты «Истории татар»:
а) книга XXX, главы 69–70 — вводная часть, сообщающая о ранней истории татар: сведения, собранные доминиканским миссионером на Востоке благодаря некоему несторианину Раббанате;
б) книга XXX, главы 71–86 — описание быта и нравов монголов;
в) книга XXX, главы 87–89 — покорение татарами царства царя Давида, Хорезма и Персии. Далее в книге XXX идет рассказ о Четвертом крестовом походе;
г) книга XXXI, главы 95–98 — разгром татарами Грузии и Армении. Эти главы являются дополнением к истории Пятого крестового похода (в основном почерпнутый у Оливера Падсрборна), в финале которой упоминалось о посольстве, присланном ко взявшим Дамисту крестоносцам из Грузии;
д) книга XXXI, главы 139–147, 151, 152 — разгром татарами Турции. История о разгроме Турции составляет финальную часть XXXI книги «Исторического зерцала». Следует отметить, что главы 2–39 книги XXXII полностью посвящены истории монголов и представляют собой изложение сочинения францисканца Иоанна де Плано Карпини, дополненное сведениями из «Истории татар» Симона де Сент-Квентина;
с) книга XXXII, глава 26–29 — продолжение рассказа о покорении татарами Турции и Армении;
ж) книга XXXII, главы 30 и 32 — сведения о коронации Гуйюка и именах монгольских ханов;
з) книга XXXII, главы 40–52 — рассказ о миссии монахов-доминиканцев во главе с братом Асцелином, направленной в войско татар;
и) книга XXXII, глава 53 — о неких чудесах, которые явились туркам посредством знака Креста.
72
Вполне возможно, брат Симон либо привез с собой, либо использовал при написании своего сочинения материалы, собранные доминиканской миссией в Тбилиси, направленной туда в начале сороковых годов XIII века. В пользу этого говорит тот факт, что рассказ о событиях, происходивших в Турции, начинается с 1240 г. Лексика Симона свидетельствует о том, что он провел какое-то время на Востоке (предположительно в Иерусалимском королевстве). В послании Папы Иннокентия IV от 30 мая 1244 г. упоминается некий. Симон, приор доминиканского конвента в Константинополе, вполне возможно, что речь идет именно об авторе «Истории татар».