Так, под 913 годом киевский летописец, автор «Повести временны́х лет» сообщает об отпадении от власти Игоря древлян, а под следующим, 914 годом — о его походе на них и установлении дани «больше Олеговой»1. Подробности древлянского похода он не приводит, зато они имеются в Новгородской первой летописи младшего извода, где сам поход, в соответствии с принятой хронологической сеткой княжения Игоря, датирован 922 годом. Оказывается, победив древлян, Игорь передал «древлянскую дань» своему воеводе Свенельду, и это вызвало явное недовольство Игоревой дружины: «Се дал единому мужу много»2.
Дальше в Новгородской летописи — зияющий провал: следующие семнадцать летописных статей (до 940 года) оставлены пустыми. А под 942 годом, как будто и не прошло стольких лет, вновь сообщается о передаче все той же древлянской дани воеводе Свенельду!
Автор «Повести временны́х лет» о подоплеке древлянских событий не знает. Но под еще более поздним 945 годом он также говорит о возмущении Игоревой дружины Свенельдом и связывает это с древлянскими делами. «Отроки Свенельдовы изоделись оружием и портами, а мы наги! — восклицает дружина, обращаясь к Игорю. — Пойди, княже, с нами за данью — и ты добудешь, и мы!» Это и становится поводом для последнего похода Игоря на древлян — того самого похода, который будет стоить ему жизни.
К. В. Лебедев. Князь Игорь собирает дань с древлян в 945 году. 1903
Еще более удивительна хронология войны Игоря с уличами (угличами). Это славянское племя, по свидетельству летописца, первоначально обитало в Среднем Поднепровье, южнее полян, однако позднее переселилось в междуречье Буга и Днестра — не исключено, что как раз в результате войн Игоря. Автор «Повести временны́х лет» о них ничего не сообщает. Новгородский же летописец приводит сведения о двух походах Игоря на уличей. Первый датирован тем же 922 годом, что и поход на древлян. Оба военных предприятия имели еще одну общую черту: помимо древлянской, Свенельду досталась и уличская дань. «И был у него (у Игоря. — А. К.) воевода по имени Свенельд, — сообщает летописец, — и примучил (Игорь. — А. К.) уличей, и возложил на них дань, и отдал Свенельду». Большая часть Уличской земли была покорена, но война затянулась: войско Игоря в течение трех лет осаждало главный город уличей Пересечен3 и едва сумело взять его.
К событиям уличской войны новгородской летописец возвращается только под 940 годом, спустя восемнадцать лет. И сообщает при этом опять-таки совершенно то же, о чем рассказывал раньше: как выясняется, именно в этом, 940 году «яшася (дались. — А. К.) уличи по дань Игорю, и Пересечен взят бысть. В се же лето дасть дань на них Свенельду».
Дублирование обоих известий очевидно. Одно и то же событие — война с уличами — «растянуто» на восемнадцать лет, хотя, по прямому свидетельству летописца, война продолжалась три года. И если Пересечен, осаждавшийся в течение этих трех лет, был взят лишь в 940 году, то получается, что первый уличский поход на самом деле имел место в 938 году (согласно «включенному» счету лет, принятому в древней Руси). Это обстоятельство, между прочим, имеет немаловажное значение для определения примерного времени вокняжения Игоря, ведь, по относительной хронологии летописца, уличская война (равно как и древлянская) началась вскоре после того, как Игорь стал полноправным киевским князем. А значит, начало его самостоятельного княжения в Киеве может быть отнесено ко времени немногим более раннему, чем 938 год4.
Такой взгляд на хронологию событий в Киевской Руси, при котором княжение Олега продолжалось много дальше 912 или 922 года — летописных дат его смерти, — подтверждается источником хазарского происхождения. Этот источник — письмо неизвестного хазарского еврея Х века, подданного хазарского царя Иосифа, написанное на древнееврейском языке и сохранившееся (хотя и не полностью) среди рукописей Каирской генизы (хранилища старых, вышедших из употребления еврейских документов). По всей вероятности, письмо это было адресовано знаменитому испанскому еврею, видному сановнику кордовского халифа Абд ар-Рахмана III (912–961) Хасдаю Ибн Шапруту, и входило в состав так называемой еврейско-хазарской переписки, наряду с письмом Хасдая царю Иосифу и ответом самого Иосифа (сохранившимся в двух редакциях — краткой и пространной)5. Так вот, автор интересующего нас письма определенно называет Олега (в тексте «Х-л-гу[51], царь Русии») современником не только хазарского царя Иосифа (время правления которого мы не знаем), но и византийского императора Романа I Лакапина, правившего в 920–944 годах, причем деятельность русского князя, в соответствии с косвенными датировками, содержащимися в письме, может быть отнесена к первой половине 30-х годов Х века (во всяком случае, после 931/32 года)6.