Ах, как хорошо играют гусляры! Совсем как на родине княгини Ольги, во Пскове… Славят они подземную силу корней — ярь Ярилину… Любовь его неукротимую. Не зря и гуселки‑то называются яровчатыми[156]… Перебирает гусляр правой рукой свои струны, а левой Глушит ненужное рокотание… Гудение струнное… Любит Ярила гусли яровчатые, под пение даже корни растут быстрее и колосья силу набирают, все на земле поворачиваются друг к другу с любовью… Едет и идет молодежь на ярилки–гуляния, чтобы вспыхнула любовь ярая да быстрая, что сильнее всего на свете… Сам Ярила–гуляка любит менять своих подруг, сеет он семена свои, что рожь в поле…
Вот и вышла у него размолвка с супругою своею — богинею, что влюбилася в него без памяти… Никто не знает ее имени. Это богиня тайная и могущественная, и после ссоры с Ярилою ни один человек не может поклониться ей. Иначе Ярила рассердится…
Богиня мечтала о браке с Ярилою, но он не способен соединиться лишь с одной женщиной. В гневе выгнал он ее с небес, с полей, где живут боги. А изгнанная богиня, да еще своим мужем — это только на потеху даже людям…
Вот и превратилась богиня в птицу кукушку. Не хотел Ярила своей семьи с ней заводить — и у кукушки своего гнезда нет. Нет у нее своего кукуша — вот и спаривается она с разными птицами — с вороном, соловьем и петухом. Не хотел Ярила своего дома иметь, родных детей растить, холить — и кукушка своего гнезда не вьет, а яйца подкладывает в чужие гнезда. Сердятся за это на нее птицы, да не могут ничего поделать: подложит яйцо такой окраски, что со Своим спутаешь. Не простая птица, а вещая!
Улетают птицы на зиму в вырий — рай, где птицы — а ведь они уносят души мертвых! — пребывают до весны, когда возвращаются на землю. А кукушка — ключи от вырия с собой носит, ключница она рая. Поэтому кукушка первою улетает и последнею весной возвращается.
Знает вещая кукушка, кому сколько жить на земле. Если кто ее окликнет и спросит: «Кукушка, кукушка, сколько мне жить?» — кукушка откликается и откукует, ответ даст.
Не поймешь толком, кто такая кукушка. Здесь, в Киевском княжестве, кличут ее зегзицею… То ли вдова, то ли мужа не любит, то ли молодая девушка, что не послушалась отца с матерью да пошла замуж, а там счастья не нашла…
Кукушка–зегзица — женский оборотень. Девичья волюшка неведомой богини… Но чувства ее к Яриле, так жестоко с ней поступившего, все равно видны: кукушка выступает часто, защищая скотину, пчел. Она предсказывает людям беды, которые с ними могут случиться, если она рано покинет вырий и прилетит, когда еще лес листвой не покрылся (а ведь это Ярила определяет!) — предвещает голод, неурожайное, бесплодное лето. Иногда, чтобы люди поняли это, кукушка подлетает близко к селам и кукует, кукует.
Почему бывает неурожай у Ярилы? Знает ли об этом кто? А кукушке это ведомо; Знает она и когда кто замуж пойдет — к этому дому и подлетит и сядет куковать… Или свадьбу — или смерть… Женская богиня знает, поэтому и девушек, что скончались рано, не став ни женой, ни матерью, хоронят как невест…
Никто не знает иного обличья богини, кроме ее птичьего облика… Остается она неведомой и всем, кто поклоняется Яриле.
Однако когда все славяне жили еще на Балканах, то отмечали Куков день, куковци… Но что это значило — было утаено и от них…
В вырии — ключами от него владеет богиня, на земле являющаяся людям кукушкой, — стоит мировое дерево. В ветвях его живут Солнце и Луна, птицы сокол, соловей, в стволе — пчелы, а в корнях… Корнями Ярила ведает…
Незадолго до того, как княгиня Ольга выехала на реку древлянскую Ярынь, поведали ей волховы богини Лады запретную для людей тайну. Ведь знания даются только жрецам–волхвам, князьям — верховным волхвам, а людям знания не положены… Им нужно князей слушаться, детей растить, урожай собирать да богов почитать… Но княгиня Ольга стала верховной жрицей–волховой, когда скончался князь Олег… Упокоили его в большом кургане в любимом им граде Старой Ладоге…
Стал княжить князь Игорь…
И поведали — поведали Ладушки о богине Незнаемой… Зовут ее Дева–Обида, и прилетает она на землю не только кукушкой куковать, но и Лебедушкой. Даже когда летит она на землю с небес, то крылья лебединые у нее за спиной развернуты… Не садится она в колесницы, как греческие — эллинские богини, что воробушков запрягают… Гордость свою Дева–Обида блюдет, нрав свой показывает… Не хотела смириться с изменами Ярилы, вот теперь и страдает в одиночестве…