– А вы и рады зубоскалить?! – окрысилась черноволосая, становясь невероятно похожей на саму себя в облике жуткой старухи. – Посмотрим, как вы запоёте, когда этот «блондинчик» начнёт завоевательный поход и разрушит всё мироздание!
– Не тебе говорить о разрушении! – возмутилась Элион, в груди которой быстро разрастался костёр негодования за все испытанные мучения. – У тебя нет совести! Это ты виновата во всех бедах!
– Попридержи язык, мелк… А-а!!!
Огрызающаяся ведьма уже вскинула руку, но королева Меридиана была быстрее, и разряд молнии отбросил тело злодейки в сторону.
– Как?.. – потрясённо выдохнула Нерисса, приходя в себя. – Ведь твоя сила в Сердце Меридиана…
– И в этом Сердце ты заточила меня, старая ведьма! – Элион сжала кулаки, чувствуя, как в теле напрягается магия, но пустить вторую молнию ей помешала рука Ян Лин, мягко лёгшая на плечо.
– Это я научила Элион, как вновь впитать силу Сердца, которое принадлежит ей одной. По праву, – холодно сообщила престарелая стражница воздуха.
– Может, мне и не хватит сил, чтобы освободить нас всех из этого места, но тебя я раздавлю как клопа! – шагнула вперёд девочка, не желая просто так успокаиваться.
Да что там, у неё руки чесались сейчас выместить на мерзкой колдунье всё! Все обиды, все унижения, всё бессилие! Отомстить за то, что её использовали, обманули, предали! Она так долго об этом мечтала, что едва сдерживалась, чтобы не выплеснуть всю накопленную энергию в одном ударе.
– И мы… поможем, – встала рядом Кесседи, а вместе с ней Кадма, Галинор и ещё одна Ян Лин, только молодая и в костюме стражницы.
– Ха-ха-ха! – противно и насмешливо засмеялась ведьма. – Глупцы! Убить кого-то внутри кристалла может только владелец кристалла! Так что нам с вами придётся долго тут привыкать к соседским отношениям. Поздравляю!
– Тем хуже для тебя, – прищурилась Элион, вокруг рук которой начали плясать разряды молний.[11]
– О да, родственное сходство Эсканоров во всей своей красе! – желчно ответила колдунья. – Что там мне уже заготовила? Скормишь меня лардекам или желаешь милостиво бросить гнить в сырой камере? Давай, девочка, не стесняйся – у нас море времени для фантазий! Небось, скоро и остальные твои подружки на огонёк заглянут, вот уж вы на мне оторвётесь. А ведь я хотела объединить миры! – голос Нериссы зазвенел. – Создать Рай без войн и конфликтов! И если бы вы не мешали… Но ничего, теперь мы вместе насладимся видом того, как твой братец всё разрушает! Злорадствуй, пока можешь! Как бы скоро не пришлось горько плакать!
– Неправда! – крикнула Элион, задетая за живое словами ведьмы. – Нас скоро освободят! Стражницы не доп…
– Ваши стражницы – ничто против Фобоса с моим посохом! Они были против него ничем даже тогда, когда у него вообще не было никаких сил, кроме собственных, и если бы не моя помощь, мятеж погиб бы ещё годы назад, а стражниц уже несколько раз победили! Или думаете, он простит им свой позор заключения и освободит вас за «спасибо»?! Пойдя на союз с ним, они совершили страшную ошибку, и теперь расплачиваться за неё будет вся Вселенная!
Ведьма своего добилась – после её слов весь боевой настрой куда-то пропал, а настроение разом превратилось в похоронное. Большая часть присутствующих имела сомнительное удовольствие с Фобосом сталкиваться и даже воевать, а потому ни в его характере вообще, ни в человеколюбии в частности не сомневались. А что мог сделать безжалостный тиран с попавшими в его полную власть пленниками – каждый из этих пленников представить себе мог прекрасно, что, опять же, настроения не добавляло.
Сама Элион далеко не сразу перестала видеть свою «коронацию» в кошмарах. Пусть рассказы Галинор и остальных о союзе стражниц с братом и попытке своего освобождения заставили ощутить надежду, но… Она слишком хорошо знала, чего может стоить доверие Фобосу, и от понимания этого на душе скребли кошки.
– А мне он показался довольно милым[12], – неожиданно разрушила гнетущую тишину Кесседи.
Старшая Ян Лин тяжело вздохнула, одним этим звуком передавая всё своё отношение к выходке подруги. Кадма и Галинор от неё отставали мало, но мысли свои выразили тяжёлыми взглядами. Сама юная королева оказалась настолько безмерно удивлена репликой бывшей стражницы, что даже не успела сообразить, что на это можно ответить.
– Ладно-ладно! Чего вы сразу? – открестилась веснушчатая девушка, мигом поняв общий настрой.
– Ха-ха-ха-ха-ха! – противно засмеялась ведьма. – Посмотрите на себя, вы даже друг с другом не можете договориться, а всё ещё на что-то над…
11
Не удивляйтесь. Элион, конечно, девочка добрая, милая и наивная, но эпизод, тем не менее, почти каноничен. Она там тоже и молнией швырялась, и глазками сверкала, а Нериссу и вовсе толпой отпинали так, что старушке Ян Лин пришлось вмешиваться и спасать.
Кстати, не могу осуждать девочек за такое поведение. Силы Добра тоже имеют право отвести душу. Ну, по крайней мере, мы, адепты Тёмной Стороны, это право за ними признаём, но тсссс! Официальная позиция: Добро должно быть добрым! А идеологическое право пинать лежачих имеем только мы! Хочешь получить такое же? Переходи на Тёмную Сторону!
12
Сие не произвол автора, а канон. Кесседи была единственной из старого состава Стражниц, кто не сталкивался с Фобосом, так как погибла задолго до его воцарения на Меридиане.
Галинор состояла в Совете Кандракара и участвовала в создании Завесы. Кадма стала королевой Замбалы за то, что помогла отбить вторжение Фобоса в этот мир. Ян Лин выступала идеологом «Партии» при новом составе Стражниц и капала им на мозги о злобности Фобоса и необходимости помогать Повстанцам. Нерисса – вообще отдельный разговор. Кем она только при Фобосе не состояла: и служанка-резидент мятежников в Замке, и Провидица в Бесконечном Городе, и мутная ведьма-мстительница, собирающая его верных рыцарей, и завоевательница Вселенной, пытающаяся его убить.
А вот Кесседи даже в каноне после своего оживления в одной из серий заявила, что Фобос – парень симпатичный, и глазками так в его сторону. : -)))