Недолгой была радость гребцов. Через пять дней вечером, их опять приковали к скамьям. Вербовка команды, погрузка всего необходимого для плаванья, закончились.
Утром, бичи опять гуляли по их спинам. Но в море дул восточный ветер, и на галерах поставили паруса. Через двое суток, галеры скрытно, ночью прошли черную глыбу горы Гибралтар. Некоторое время шли вдоль африканского побережья, чтобы избежать встречи с испанскими военными судами, патрулирующими от пиратов акваторию от мыса Сан-Висент до Гибралтарского пролива. Затем, повернув на запад, взяли курс на Ястребиные острова[60].
Атлантический океан встретил разбойничью флотилию свежей погодой. Зарываясь в волнах, галеры упрямо шли на северо-запад. Гасан-бей, нервно ходил по корме, тревожно смотря на небо. Его сердце предчувствовало надвигающийся шторм.
Шторм начался, когда на горизонте уже стали видны вершины потухших вулканов Ястребиных островов. Средь белого дня внезапно поднялся сильный ветер, откуда-то налетели тучи, засверкали молнии. По обшивке галер застучали крупные капли дождя, перешедшего в ливень. Матросы забегали, убирая паруса. Вновь заработали весла. После того, как несколько надсмотрщиков смыло за борт, оставшиеся спрыгнули с мостика вниз к гребцам. Рядом с друзьями оказался и ненавистный им Исмаил. Никто из трех гребцов, деливших с ними весло, не понял, у кого из них созрело решение, повлиявшее на участь надсмотрщика. Стефан, всегда терпеливый и молчаливый серб, сменивший на весле умершего поляка, внезапно ударил по ногам оказавшегося рядом с ним Исмаила. Исмаил упал на дно галеры и больше уже не смог встать. Рабы упирались в него ногами, не давая бывшему их повелителю подняться, пока тот не захлебнулся в мутном потоке, захлестнувшем дно галеры. Поступок гребцов был рискованным, но оправданным ответом на непрекращающиеся издевательства садиста. Буря дала им возможность уйти от наказания.
Старший надсмотрщик посчитал, что с Исмаилом произошел несчастный случай.
Гребцы, заливаемые потоками воды, налегали на весла изо всех сил, помогая галере продвигаться к берегу по трехсаженным водяным валам. Василий с Андреем думали, что их «Золотому павлину» уже никогда не выбраться из этого водяного ада, как вдруг, все стихло. Направляемая кормчим галера, проскочив узкий проход между скалами, оказалась в небольшой бухточке, защищенной от ветра и волн горной грядой. Потеряв свою силу, волны беззлобно шипя, накатывались на узкую полоску песчаного пляжа, прилегающего к подымающемуся вверх берегу. Через некоторое время, в бухту влетела «Белая лебедь».
Шторм продолжался еще два дня. На третий день ветер утих, небо очистилось от туч. Солнце снова приветливо грело промокших и замерзших гребцов. В бухте застучал топор корабельного плотника, восстанавливая сломанный бурей такелаж. Подсчитали потери. Несколько человек смыло за борт. В основном это были надсмотрщики и зазевавшиеся матросы. Гасан-бей приказал подготовить «Белую лебедь» к выходу в океан, выслать патрули для осмотра окружающей бухту суши. На галере он хотел пройти вдоль побережья, для того чтобы встретиться с судами раиса Али. Вышедшая утром в море «Белая лебедь», вернулась только поздно вечером. Результаты осмотра побережья были неутешительны. На берегу, на всем протяжении острова среди водорослей были разбросаны обломки обшивки галер и человеческие трупы. «Все погибли! — сделал вывод Гасан-бей. — Теперь вся надежда только на себя!». По докладам начальников патрулей, местность вокруг бухты была безлюдна. «О Аллах, не требующий ничего взамен своих благ! Лучшего места, для нападения из засады на испанские конвои не придумать!» — думал воспрявший духом старый пират. По его указанию было установлено круглосуточное наблюдение за водной поверхностью с вершины возвышенности на входе в бухту.
Стихия нанесла урон не только пиратам, но и конвою испанцев, возвращающемуся из американских колоний с грузом слитков золота, серебра, драгоценных камней. Ветер и волны разбросали корабли испанского конвоя на огромные расстояния, так, что только одиночные грузовые галеоны находились в поле видимости охраняющих их военных кораблей. В один из дней, наблюдатели доложили о появлении на горизонте медленно ползущего по водной поверхности грузового галеона. Еле заметный ветерок с трудом подталкивал в поврежденные штормом паруса шестисоттонное, перегруженное драгоценностями судно. Всего несколько часов хода отделяли его от стоянки в гавани острова Терсейра. Там, под прикрытием орудий форта Сан-Себастьян, можно будет загрузиться провиантом и свежей водой.