— Что случилось? Что с Джейн? — поспешил обратиться к нему сэр Джон.
— Нас обманули сэр Джон! — со слезами на глазах ответил француз. — Джейн похитили! Меня пытались убить, когда я бросился к ней на помощь!
Сэр Джон беспомощно опустился на песок. «Это катастрофа! Зачем я поверил им?» — думал он. «Но ты им хорошо заплатил! — Откуда тебе было знать, что они бессовестные негодяи?» — пытался оправдаться внутренний голос. Чувство того, что теперь Джейн уже потеряна навсегда, проникло в каждую клеточку его мозга и сэр Джон обхватив голову тоскливо и безнадежно завыл. Француз, Василий и Андрей, обступившие морского магната, молча смотрели на него.
Педро Санчес не считал себя отъявленным негодяем. Он просто был сыном своего времени. Жители побережья Италии и Прованса, Балеарских островов, Сицилии, Сардинии, Корсики и Мальты, как и жители Магриба, сами были не прочь заняться пиратством. Капитаны пиратов-христиан не гнушались ничем, не обращая внимания на религиозную и национальную принадлежность. Жителей Мальорки равно боялись и христиане и мусульмане.
Пиратам бывает и не везет, поэтому при отсутствии добычи, Педро не отказывался от любой работы. Участвовал он и в организации бегства рабов из Алжира и Туниса. Педро Санчес не всегда был порядочен в этих делах. Часто было, что, получив плату за побег, Педро перепродавал в Тунисе, попавших на палубу его шебеки девушек и молодых женщин знакомому поставщику гаремов мелких царьков Ливии, Марокко и Мавритании. Разумеется, об этом, никто, кроме Педро и его шайки не знал, потому, что девушки на всю жизнь бесследно пропадали на бескрайних просторах Африки, а те, кто сопровождал их, исчезали в глубинах Средиземного моря. И в этот раз он напал на простака. Услышав о собравшейся бежать молодой англичанке, купленной для гарема турецкого султана, он радостно потер руки, девушка стоит больших денег. Когда ему сообщили, что ее будут сопровождать четверо мужчин, Педро решил не рисковать. Бойню на борту своей «Синьоры» он устраивать не будет. Из десяти человек команды, четверо загуляли на берегу. Педро не любил рисковать при незначительном преимуществе сил. Все равно беглецам никуда не уйти. С ними поступят по закону. Их схватят, и за организацию бегства рабыни отрубят головы. Так думал Педро, когда девушку доставили на борт его судна. Распорядившись запереть ее для воспитания покорности в глухом помещении кормового трюма, среди бегающих там крыс, Педро приказал поднять паруса и держать курс на Тунис.
— Что будем делать, Вась? — устав глядеть, на издающего тоскливые звуки сэра Джона, спросил Андрей друга.
Васька не шелохнулся. Словно какая-то мысль внезапно осенила его. Из головы Скурыдина не пропадала картинка, которую он увидел, когда галеры входили в Алжирский порт в первый раз. В корне мола, там, где в одноэтажном здании размещался начальник порта, рядом с каменной стенкой, покачивалось на волне красивое, легкое, небольшое, длиной саженей в девять, двухмачтовое, четырех пушечное судно.
— Ты, что? Как он, что ли? — яростно затряс Ваську за рукав Андрей.
— Ты видел, когда мы первый раз входили в порт, такое маленькое красивое судно? — как будто ничего не случилось, спокойно спросил его Скурыдин.
— Ну и что? — недоуменно ответил Андрей. — Это посыльная фелука[66] начальника порта!
— Ааа! — заорал он вдруг, поняв, что фелука и сейчас стоит там же. И на ней, никого, кроме, может одного вахтенного матроса, нет!
— Сэр Джон! Сэр Джон! — закричал он по-английски. — Вставайте, нам немедленно нужно в порт!
— Зачем? — угрюмо уставился на него сэр Джон.
Андрей, торопясь и сбиваясь, рассказал ему о плане Скурыдина захватить фелуку начальника порта и на ней преследовать пиратов. Сэр Джон понял его с полуслова, так же, как и он Василия. С простейшим парусным вооружением этого небольшого судна он, руководя французом, и этими неунывающими юношами справится. Теперь, главное, добраться до порта, попытаться незаметно проникнуть на фелуку и выйти в море до рассвета. Догнать пиратов, а там, как повезет!