– Не знаешь, где мы?
Алби поднял взгляд.
– Понятия не имею.
– Черт, я тоже.
– Да никто тут не знает.
Они уставились друг на друга. Наконец Ньют произнес:
– Я хотя бы имя свое помню. Ньют. А ты?
– Алби, – неуверенно ответил Алби.
– Обживаться бы надо.
– Ага, надо, – ответил Алби с выражением лица мрачным, как та ночь, когда их поймали за территорией ПОРОКа.
– И когда начнем? – спросил Ньют.
– Завтра, чувак. Все завтра. Дай денек покиснуть.
– Угу.
Ньют пошел прочь, пиная по пыли камушек.
Днем Минхо попытался залезть на стену. Толстые гирлянды плюща так и манили вскарабкаться наверх. Минхо цепко хватался за плющ, а ногами осторожно нащупывал углубления и выступы в камне.
Четверть стены.
Треть.
Половина.
Он замер. Посмотрел на небо. Потом вниз. Собравшаяся там толпа подбадривала его криками. Еще двое ребят ухватились за плющ, собираясь последовать его примеру.
Минхо поднял голову. Потом снова посмотрел вниз. На стену. На руки. Опять на небо. На землю. На небо. На стену. На руки. Потом, несмотря на то что плюща еще хватало, начал спускаться. У земли спрыгнул и отряхнул руки.
– Отсюда не залезть. В другом месте попробую.
Три часа, четыре стены. Когда почти стемнело, Минхо сдался.
Остальные тоже.
Томасу не верилось, что прошел целый день.
– Пора в комнату, – мягко сказала доктор Пейдж.
Ему приносили поесть днем, явно по ее распоряжению, так что, наверное, не откажет еще в одной просьбе. Что у друзей с памятью, Томас решил пока не спрашивать.
– А можно я приду утром? – обратился он к доктору Пейдж. – Посмотреть, что будет, когда ворота откроются. Это важно, – добавил он со значением, будто печется не о себе, а о проекте.
– Ладно, Томас. Позавтракаешь прямо здесь.
С тяжелым сердцем Томас поднялся. Бросил последний взгляд на разошедшихся по группкам друзей – те о чем-то переговаривались, жуя присланный провиант – и вышел.
Хорошо, что утром он пришел пораньше и ничего не пропустил.
Лабиринт весь сотрясся – Томас даже вздрогнул от неожиданности. Донесся грохот, похожий на раскаты грома, и гигантские ворота пришли в движение – ошеломляющее зрелище для тех, кто никогда не видел этого прежде. И Томаса-то впечатляло, а ведь он помогал их строить.
Друзья Томаса в растерянности сбились в кучку. Кто-то кричал от страха. Лица некоторых выражали такую надежду, что у Томаса в груди все оборвалось – память ни к кому не вернулась.
Он смотрел, как друзья заходят в Лабиринт, разбредаются по коридорам, дающим начало извилистым, огибающим друг друга ходам. Интересно, что будет, когда стены поменяют расположение? Ему представились ужасные испытания, которые ждут друзей, вспомнилась нависшая над Минхо желеобразная тварь, а ведь ПОРОК собирается запустить ее в Лабиринт.
– Томас?
Он вздрогнул и обернулся. Сзади стояла доктор Пейдж.
– Успеешь еще насмотреться на друзей, – сказала она. – Работа важнее. Нельзя нарушать график.
И он пошел за ней.
Глава 36
Дата: 230.03.13 Время: 14.36
Томас сидел, неотрывно глядя на мониторы. Уже много месяцев настроение у него было хуже некуда. И понятно, почему. Однако сегодня впервые за долгое время ему вновь захотелось дышать, а не скончаться на месте от какой-нибудь неведомой хвори. Он давно уже не чувствовал себя просто хорошо, вот как сейчас.
Доктор Пейдж по-прежнему разрешала ему смотреть на друзей – с условием, что наблюдения не будут мешать учебе, тестам, обследованиям и всему остальному. Работа в Лабиринте закончилась, у Томаса появилось свободное время, и проводить он его желал только здесь, несмотря на то что за его реакциями тоже все время следили.
Возможно, мрачное настроение отступило еще и благодаря новой системе наблюдения. Теперь можно было вывести картинку с любой камеры-жука на огромный центральный экран с превосходной цветопередачей и улучшенным звуком. Томас видел и слышал друзей так, будто находился рядом с ними. Новое оборудование было в сто раз лучше прежнего; теперь он только и делал, что выискивал предлоги, чтобы прийти сюда и наблюдать. Вглядываться. Искать смысл. Только вот память к друзьям так и не вернулась, и Томаса это безмерно тревожило.
Он выбрал жука номер тридцать семь и перевел изображение на большой экран. Алби стоял у восточных ворот с пареньком по имени Джордж. Они смеялись и таскали персики из ковша землечерпалки. Именно таких моментов Томас всегда ждал. Хотя у глэйдеров[1] отобрали воспоминания, они не унывают, а просто радуются жизни, значит, еще не все потеряно. На других экранах ничего интересного не происходило. Томас откинулся на спинку стула и просто смотрел на друзей, мечтая хотя бы ненадолго оказаться рядом с ними.