Выбрать главу

Роберт свидетельствует, что иногда язык нашего тела говорит громче, чем слова. Это в особенности верно, когда они противоречат друг другу. Например, одна жена сказала: «Когда он кричит мне: “Я же говорил, что прошу прощения!” – но его глаза сверкают, а руки дрожат, то он словно пытается заставить меня простить его. Мне кажется, что он больше думает о том, как идти дальше и забыть о сделанном, а не о том, чтобы на самом деле попросить прощения. То есть моя боль не имеет для него никакого значения, надо просто продолжать жить дальше».

Прости – за что?

Извинения производят больше впечатления, когда они конкретны. Луэнн выразила эту мысль, когда сказала: «Я жду, что просящий прощения скажет: “Прости меня за то, что…” – и будет конкретен в просьбе о прощении». Когда мы говорим конкретно, мы сообщаем обиженному человеку, что действительно понимаем, как сделали больно ему или ей. Быть конкретными – значит подчеркнуть наш поступок и то, как он повлиял на другого человека.

Чем больше подробностей мы приводим, тем лучше. Если я (Дженнифер) не смогла пойти с кем-либо в кино, я не буду говорить просто: «Извини, что не смогла пойти с тобой в кино». Для моей подруги будет важно, чтобы я перечислила неудобства, которые ей доставила, как например: «Я знаю, что ты торопилась вовремя добраться домой; что ты отложила свои дела. Я знаю, что ты спешила, несмотря на пробки; тебе пришлось ждать меня и беспокоиться обо мне. Я знаю, что ты хотела увидеть этот фильм, что из-за меня ты не смогла посмотреть его начало и в полной мере им насладиться. Могу себе представить, как бы я расстроилась, если бы кто-то из друзей поступил так со мной. У тебя есть право сердиться, быть разочарованной, испытывать недовольство и боль, и я хочу, чтобы ты знала: я искренне сожалею о своем безответственном поведении».

Подробности показывают глубину вашего понимания ситуации и того, какое неудобство вы доставили своему другу.

«Какое же это извинение?»

Искренние извинения должны оставаться таковыми. За ними не должно следовать «но…». Родни, женатый в течение трех лет на второй жене, говорит: «Я знаю, что моя жена искренна, когда говорит: “Прости меня, я знаю, тебе больно, потому что я на тебя накричала”. Она не обвиняет меня в том, что я ее расстроил. А моя первая жена всегда во всем обвиняла меня».

«Моя первая жена всегда во всем обвиняла меня».

Многие из опрошенных в ходе нашего исследования делали похожие заявления. «Она просит прощения, но потом начинает обвинять меня, оправдывая свои действия тем, что сделал я».

Бренда вспоминает неудачную попытку своего мужа попросить прощения. Это случилось вечером накануне их посещения одного из моих семинаров по проблемам брака. Ее муж пошел на пятидесятилетие своего коллеги, оставив Бренду дома с их четырьмя детьми. Так как обычно ее муж работал с десяти вечера до шести утра, она очень надеялась провести вечер вместе.

«Хотя я была сердита, он ушел и сказал, что вернется через час, – вспоминает Бренда. – Два часа спустя, когда мы уже легли спать, он пришел. Он попросил прощения, но прибавил, что я веду себя как ребенок и он имеет право уходить.

Как бы он ни просил прощения, это было бесполезно, потому что он обвинял во всем меня. Я молилась о том, чтобы, когда он вернется домой, не ругать его. Но я была так полна гнева, что это не помогло».

Каждый раз, когда мы словесно перекладываем вину на другого, мы переходим от извинений к обвинениям. Обвинения никогда не ведут к прощению и примирению.

Меган – 29-летняя девушка, которая в течение трех лет встречалась с одним парнем. Она говорит: «Каждый раз, когда за извинением следует оправдание вашего поведения, я перестаю воспринимать его как извинение. Намеренно или нет, человек делает мне больно или разочаровывает меня. Не надо извиняться, а потом оправдываться. Остановитесь на извинении».

Сестры Хуанита и Жасмин часто ссорились. Обе хотели наладить отношения, но не знали, как это сделать. Когда я спросил у Жасмин: «Хуанита просит прощения, когда выходит из себя?» – Жасмин сказала: «Да, всегда, но потом она говорит что-нибудь вроде: “Мне хотелось бы, чтобы ты перестала унижать меня. Я знаю, что я не такая образованная, как ты, но это не повод втаптывать меня в грязь”. Какое же это извинение? Она просто перекладывает вину на меня».

Извинение, а не манипуляция

Проявление искреннего сожаления не должно быть манипуляцией, побуждающей другого человека к взаимности. Натали и Райан встречались в течение двух лет, и в отношениях между ними возникла напряженность. Натали говорит: «Райан иногда просит у меня прощения. Но потом он ждет, что я тоже попрошу у него прощения, хотя я не чувствую необходимости это делать, потому что он был зачинщиком ссоры. Так не годится. Я хочу, чтобы он просил прощения и не ждал ничего в ответ. Тогда я поняла бы, что он и правда сожалеет».

полную версию книги