Дэнни спросил:
— Я могу тебе чем-то помочь?
— Ты о чем?
— О том, что тебя грызет. Хотя и не знаю, что это. Не я один заметил. Нора тоже волнуется.
Лютер пожал плечами:
— Да нечего тут рассказывать.
— Ты же знаешь, я коп. — Он кинул в Лютера скорлупой.
Лютер смахнул скорлупки с ляжек.
— Это пока.
Дэнни мрачно усмехнулся:
— Что да, то да.
Бэттер «Детройта» послал высоченный мяч куда-то влево, и тот ударил в табло, а Рут неправильно угадал отскок. Мяч вылетел через его перчатку и упал в траву, и ему пришлось искать его.
— Ты правда с ним играл? — спросил Дэнни.
— По-твоему, я выдумал? — Лютер поглядел на Рута, который вытирал с лица пот своей бейсбольной рубахой. — Ну да, играл я с ним. И еще кое с кем из этих, и еще с парнями из «Кабс».
— Выиграл?
Лютер покачал головой:
— У такой породы не выиграешь. Если они скажут, что небо зеленое, значит оно зеленое. Как таких одолеешь? — Он пожал плечами.
— Ты как будто о нашем комиссаре полиции, да и о нашем мэре.
— Весь город думает — вы бастовать собираетесь. Обзывают вас большевиками.
— Мы не бастуем. Мы просто пытаемся добиться справедливости.
Лютер усмехнулся:
— В этом мире?
— Мир меняется, Лютер.
— Ничегошеньки он не меняется, — возразил Лютер. — И не собирается. Тебе твердят, что небо зеленое, пока ты наконец не скажешь: «Ладно, зеленое». Им принадлежит небо, Дэнни. И все, что под ним.
— А я-то думал, что это я циник.
— Просто глаза разуть надо. Возьми Чикаго. Там цветного мальчишку камнями закидали только за то, что он заплыл на их сторону. На их сторону воды, Дэнни. И теперь весь город сгорит дотла, потому что им, видите ли, принадлежит вода.
— Но цветные дают сдачи, — заметил Дэнни.
— И что толку? — спросил Лютер. — Вчера в Черном поясе [78] шестеро цветных расстреляли четверых белых. Слыхал?
Дэнни кивнул.
— И все болтают одно — шестеро черных, мол, растерзали четырех белых. А у этих белых, черт дери, в машине стоял пулемет, и они из него строчили по цветным. Только вот про это никто не поминает. Они владеют водой, Дэнни, а небо — зеленое. Так уж повелось.
— Я не могу этого принять, — заявил Дэнни.
— Потому-то ты и хороший парень. Да только хорошим быть мало.
— Ты словно повторяешь за моим отцом.
— Это лучше, чем если бы я повторял за своим. — Лютер глянул на Дэнни, на этого здоровенного, крепкого копа; поди, и не помнит, когда в последний раз мир не захотел под него стелиться. — Ты тут насчет того, что вы не затеваете стачку. Ладно, пускай так. Да только все думают наоборот. Весь город так думает, и цветные районы тоже. А эти ребята, от которых вы пытаетесь добиться справедливости… Им не денег для вас жалко. Их заедает, что вы забыли свое место, подняли головы. Они такого не допустят.
— Возможно, у них не будет выбора, — заметил Дэнни.
— И на выбор им наплевать, и на всякие там права, — возразил Лютер. — Думаешь, ты им не дашь себя обмануть? Но штука-то в том, что они даже не обманывают.
Они доели арахис, потом взяли пару пива и пару хот-догов. Они всё хотели посмотреть, как Рут побьет рекорд Американской лиги. Но он его так и не побил. На четырех выходах он заработал ноль очков и сделал две ошибки. Совсем на него не похоже, некоторые болельщики даже вслух рассуждали: то ли Бейб подцепил какую-то заразу, то ли просто мучается похмельем.
На обратном пути с Фенуэя сердце в груди у Лютера вовсю колотилось. Такое с ним случалось теперь часто, и обычно без особых причин. Горло ему стискивало, грудь словно заливало теплой водицей, и потом — тук-тук-тук-тук, сердце начинает стучать как безумное.
Когда они шли по Массачусетс-авеню, он глянул на Дэнни и понял: тот его будто изучает.
— Созреешь — скажешь, — произнес Дэнни.
Лютер даже остановился. Очень уж он устал. Вымотался оттого, что один все это в себе таскает. Ответил:
— Тогда придется тебе доверить страшную тайну, раз уж так. Пострашнее, чем все те, что тебе в жизни доверяли.
— Ты заботился о Норе, когда никто другой не стал этого делать, — проговорил Дэнни. — Для меня это больше значит, чем даже то, что ты мне спас жизнь. Ты любил мою жену, Лютер, еще когда у меня не хватало ума ее любить. Все, что я могу… Считай, что ты это получил.