Завтра мы начнем предпринимать контрмеры. Я снова спущусь во впадину Тринко, чтобы установить огромные прожектора, которые, как надеется Шапиро, заставят спрутов держаться на почтительном расстоянии. Но как долго будет действовать эта уловка, если в глубинах и в самом деле зарождается разум?
Диктуя эти записки, я сижу под древними укреплениями Форт-Фредерика и смотрю, как над Индийским океаном восходит Луна. Если все пойдет хорошо, то они послужат началом для книги, которую Уоткинс уговаривает меня написать. Если нет, что ж!..
Привет, Джо! Я сейчас обращаюсь к тебе. Пожалуйста, отредактируй этот текст для публикации, как считаешь нужным. Приношу свои извинения тебе и Льву за то, что раньше не рассказал обо всем. Теперь ты понимаешь, почему я так поступил.
Что бы ни случилось, помни, это прекрасные, чудесные существа. Попытайся с ними договориться, если сможешь.
Кому: Министерство энергетики, Москва
От: Лев Шапиро, главный инженер термоэлектростанции Тринкомали
Служебная записка
Далее следует полная расшифровка магнитной записи, найденной среди вещей герра Клауса Мюллера после его трагического погружения. Мы крайне признательны мистеру Джо Уоткинсу из «Таймс» за помощь, оказанную нам в некоторых отношениях.
Как вы помните, последнее разборчивое сообщение герра Мюллера было адресовано мистеру Уоткинсу и звучало так: «Джо! Ты был прав насчет Мелвилла! Это существо — настоящий гиг…»
ТАЙНА
Генри Купер провел на Луне почти две недели, прежде чем сообразил, что здесь что-то не так. Сначала это было всего лишь смутное подозрение, к которому опытный журналист, пишущий на темы научной фантастики, не станет относиться всерьез. В конце концов, он прибыл сюда по просьбе представителей Космической администрации Организации Объединенных Наций. КАООН всегда уделяла самое пристальное внимание проблемам связей с общественностью — в особенности в период утверждения бюджета, когда перенаселенный мир требовал освоения новых территорий, строительства дорог, школ, морских ферм и возмущался тем фактом, что огромные суммы вкладываются в исследования космоса без видимого результата.
И вот он здесь, во второй раз путешествует по Луне и отправляет своим работодателям статьи — по две тысячи слов в день. И хотя новизна впечатлений ушла, Купер не переставал поражаться чудесам загадочного мира размером с Африку, совершенно неизученного, несмотря на огромное количество карт. Всего в нескольких шагах от защитных куполов, лабораторий и космопортов начиналась зияющая пустота, которая еще много веков будет бросать человеку вызов.
Кое-какие районы казались Генри даже слишком хорошо знакомыми. Кто не видел покрытый пылью шрам Моря Имбриум, где стоит сверкающий металлический пилон с табличкой, на которой на трех земных языках написано:
УСТАНОВЛЕНО В 2001 ГОДУ. ЗДЕСЬ 13 СЕНТЯБРЯ 1959 ГОДА ПРИЗЕМЛИЛСЯ ПЕРВЫЙ ПОСТРОЕННЫЙ РУКАМИ ЧЕЛОВЕКА ОБЪЕКТ, ОТПРАВЛЕННЫЙ НА ДРУГУЮ ПЛАНЕТУ.
Купер уже побывал на могиле «Лунника II» и на более знаменитом кладбище, где похоронены люди, которые прилетели вслед за ним. Но все эти события успели стать далеким прошлым. Ведь Колумб и братья Райт давно канули в историю. Генри Купера интересовало будущее.
Когда он приземлился в космопорте Архимед, главный администратор бросился к нему навстречу с распростертыми объятиями и сообщил, что лично позаботится о том, чтобы журналист чувствовал себя на Луне как дома. Ему предоставили собственный транспорт, проводника и великолепные апартаменты. Он мог отправиться в любое место, куда только пожелает, задавать любые вопросы. КАООН ему доверяет, потому что его статьи всегда отличаются правдивостью и дружелюбием. Однако что-то здесь было не так, и Генри дал себе слово досконально во всем разобраться.
Он взял телефонную трубку и произнес:
— Оператор, соедините меня, пожалуйста, с департаментом полиции. Я хочу поговорить со старшим инспектором.
По всей видимости, у Чандры Кумарасвоми форма имелась, однако Купер ни разу его в ней не видел. Они встретились, как и договаривались, у входа в небольшой парк, являвшийся предметом гордости города Плутон. В эти утренние часы искусственного двадцатичетырехчасового «дня» здесь достаточно пустынно и можно спокойно поговорить.
Прогуливаясь по узким, усыпанным гравием дорожкам, они болтали о старых добрых временах, общих друзьях, с которыми вместе учились в колледже, о последних событиях межпланетной политики. Когда они оказались в самом центре парка, накрытого выкрашенным в голубой цвет куполом, Купер перешел к делу.