— Нет, спасибо. Вы считаете ваш вояж за философским камнем глупостью?
— А у вас другое мнение? Квиррелл в жизни бы не добрался до камня, не появись там Гарри в нужный момент. Кстати, профессор, а кто дежурил тогда в лабиринте, вы или сам директор?
— Гм. И что конкретно, позвольте полюбопытствовать, навело вас на мысль о наблюдателе?
— Элементарно. Кто-то должен был привести ловушки в порядок к нашему появлению — шахматы расставить, зелье долить… проследить, чтобы мы не вляпались раньше времени. У МакГонагалл с Флитвиком выдержки бы не хватило, значит, либо Дамблдор, либо вы. Скорее всего, вы.
— Проницательные, черти… да, я. Альбус стоял на выходе, ожидая, пока вы с Уизли сойдете с дистанции.
— Так мы и думали. Спасибо, что не стали реанимировать тролля.
— Мне с самого начала не нравилась эта затея.
Поильник оказался весьма удобной вещью, и после третьего глотка Снейп расслабился.
— Если Поттер был в курсе планов Лорда, почему он поддался на провокацию с Министерством, да еще и вас с собой потащил?
— Потому что их цели совпали, Гарри не меньше Риддла хотел знать содержание Пророчества. А наше участие даже не обсуждалось — кто бы отпустил его одного.
— Зачем тогда было дожидаться сигнала от Лорда? Поттер мог отправиться за Пророчеством в любой другой день.
— И упустить возможность разом захватить десяток Упивающихся и доказать магическому миру реальность возрождения Волдеморта? Здесь уже наша цель совпала с целью Дамблдора.
— Хотите сказать, Альбус… знал?
— Разумеется, знал, не думаете же вы, что он собирался скрываться до скончания времен. Почему еще директор прекратил давить на вас с уроками окклюменции и отменил дежурство в Отделе Тайн? Единственное, чего он не учел это оголтелого самоуправства Амбридж, которая выбила из строя профессора МакГонагалл, тем самым оставив Гарри без присмотра. А на следующий день объявился Риддл.
— Гм… Долорес…
Грейнджер покачала головой.
— Нет, она без Метки. Просто злобная дрянь.
— Не могу не согласиться. Что потом?
— Получив картинку с Сириусом в Зале Пророчеств, Гарри, разумеется, определил подделку, но сразу возникла проблема: как обеспечить прибытие подкрепления к финальной стычке. Пойти к вам напрямую Гарри не мог — сомнительно, что директор предусмотрел такой вариант. Вы бы просто связались с Сириусом и, зная способность Гарри влипать в неприятности, на всякий случай посадили бы нас под замок. Пришлось разыграть сцену с камином в кабинете Амбридж, заодно решив надоевшую до чертиков задачку с присутствием старой жабы в Хогвартсе.
— Откуда вы знали, что она пошлет за мной?
— А где бы ей еще раздобыть Веритасерум? На крайний случай в подземельях дежурил Симус, который должен был передать вам послание Гарри.
— А вам не приходило в голову, что это не игра? Вас могли покалечить, похитить, убить!
— Идет война. Конечно, сама затея с тайной организацией замешана на глупости, детском романтизме и отчаянном везении, но, честное слово, сэр, мы очень быстро поумнели. Никаких иллюзий, каждый знает, чем рискует и на что идет. Операция «Закати шарик» — уникальный для нас случай открытого боя, пускай и без демонстрации реального уровня навыков. В задачи входило добыть Пророчество, выжить, получить достоверные, но не слишком серьезные увечья и придержать Упивающихся до подхода Ордена Феникса.[2] По максимуму Гарри, как и Дамблдор, предполагал заманить на место событий самого Риддла. Как ни странно, это удалось. Удалось даже вынудить Дамблдора на дуэль — нам всегда было интересно оценить истинные возможности директора. И впору бы шампанское открывать, но… — Грейнджер отвела взгляд. — Я знаю, вы его не любили.
— Да, мне не по вкусу самонадеянные имбецилы.
— Даже Гарри не придумал бы, как возразить. Ему и в голову не пришло, что Сириусу хватит ума сунуться в Министерство. Этой ошибки он не может простить себе до сих пор.
— Ну и глупо. Точно так же погибнуть мог любой из фениксовцев, не говоря уж о вас, это Поттера не заботило?
— Сэр, поверьте, наша подготовка уже тогда не уступала аврорской. Боевой опыт членов Ордена тоже сомнению не подлежал. Из всех участников той драки Сириус был наиболее уязвим: двенадцать лет Азкабана, безвылазное пребывание на Гриммо в компании алкоголя и Кричера, полное отсутствие практики. Притупленные рефлексы, заторможенная реакция. Фактически он оказался обречен.
— Подумать об этом в первую очередь должен был сам Блэк. То, что он повел себя как импульсивный подросток, ни в коей мере не является виной Поттера. Кто из них взрослый, в конце концов?
2
Здесь, на мой взгляд, в каноне имеет место временная нестыковка: после встречи с зельеваром в кабинете Амбридж Гарри с компанией не меньше часа шарахался по лесу, после они добирались на фестралах до Лондона и еще долго носились по Отделу Тайн наперегонки с упиванцами. Вопрос: сколько времени понадобилось Снейпу, чтобы выйти на связь с Орденом и где пресловутое подкрепление гуляло до ночи? Конечно, Дамблдор мог приказать орденцам ждать, пока у Волда не выдержат нервы и он рванет в Министерство самолично разбираться с проблемой, но как-то это плохо стыкуется с импульсивной натурой Сириуса. Другой вариант — Снейп связался не с Гриммо, а с самим Дамблдором, и тот принялся тянуть время, но тогда выходит, что директор соврал Гарри, а это снова противоречит канону. Все семь книг Дамб складирует тайны, интригует и недоговаривает, но никогда не врет.
В «Команде» я придерживаюсь второй версии. Получив сообщение от Снейпа, директор велел ему сидеть в замке и не спускать с Гарри глаз, а сам рванул в Министерство готовить площадку для шоу — не зря ж Британский Магический Белый Дом встретил детвору в стиле «Заходите, люди добрые». Как это было организовано — опять же большой вопрос, но мы имеем дело с одним из сильнейших волшебников столетия. Дальше Снейп снова шлет весть: «Все ушли в Лес». Ответ Дамблдора: «Иди их искать». Через час-полтора: «Не нашел!» Ответ: «Плохо искал». Еще через два часа: «Да нету их там!!!» Ответ: «Ну, раз нету, свяжись со штабом, пускай бегут на выручку». Позже, забалтывая нервного подростка, директор случайно выруливает на тему «Кто откуда взялся», и по ходу ему приходится сглаживать углы враньем.
Т.е. в исключительных обстоятельствах, когда правда или замалчивание грозят катастрофой, директор все-таки вынужден врать. В каноне таких ситуаций фактически нет, в «Команде» они будут.