— Правильно.
— Значит, остается наладить нечто вроде постоянного коридора для сброса отходов, эдакую бочку Данаид, согласны?
— Еще бы.
— Хорошо, теперь допустим… В чем дело?
Снизу послышался шум шагов, и сосредоточенная физиономия Финнигана вдруг приобрела виноватое выражение.
— Колин идет. Мерлин, пятнадцать минут шестого! Я обещал Гарри жучок вернуть… Джин?!
— Салют! — Уизли, наспех причесанная и в домашнем халате, плюхнулась на табурет, — ой, здравствуйте, профессор.
— Ну хоть у кого-то не вечер. Доброе утро, мисс Уизли.
— Джин, что случилось? Где Колин?
— Спит твой Колин в обнимку с паяльником, хорошо хоть из розетки выдернул.
— Значит, доделал, — Симус подскочил, — сейчас я его разбужу, мы еще успеем…
— Сядь. Только что со мной связался Гарри, у них там проблемы. Дамблдор проснулся раньше времени, пришлось улепетывать, и второпях Чжоу забыла снять свой скан.
— Обалдеть…
— Они вроде что-то придумали, но Гарри просил тебя не соваться в директорский кабинет.
— Понятно.
— И… мэм, — Джинни повернулась к Минерве, — я не успела выяснить, что у них там изобрелось на скорую руку, но зная Гарри с Малфоем… да еще профессор Снейп… Короче, вам лучше вернуться в замок и быть начеку. Чует мое сердце, это будет очень шумное утро.
Стоя за углом в ответвлении коридора в десяти шагах от входа в альбусову вотчину, Снейп мрачно слушал вопли горгульи и наблюдал за непрерывными отсветами заклятий. Судя по звонким выкрикам и осыпающейся дождем каменной крошке, мальчишки разохотились не на шутку. Зельевар пожалел, что не выставил заблаговременно в проход зеркальце — зрелище явно того стоило. Хотел было высунуться, но тут красный луч снес факел с противоположного угла, и зельевар благоразумно остался стоять на месте. Вот ведь бестолочи, мало им развлечений? Так и потолок обрушить недолго. Где там Альбус ходит? Он покрепче сжал трансфигурированную из пуговицы трость, перенес на нее вес с больной ноги. Колено ныло немилосердно. Бедолага Аргус, надо ему мази дать…
Вой горгульи оборвался с очередной порцией оглушительного грохота — похоже, кто-то из дуэлянтов решил наконец заткнуть ей рот. Ничего, красавица, восстановят. Да где же Альбус? Неужели решил сначала с чарами разобраться? Нет, пока по этой его лесенке спустишься… Только такими темпами паршивцы ползамка разнесут. Не пора ли выходить?
— Прекратите! Прекратите немедленно!
Ох ты ж… Аргус, как вовремя…
Шум битвы на мгновение стих — и возобновился с новой силой. Снейп медленно съехал по стенке, вернул ненужной уже трости первоначальный вид.
— Что здесь происходит, позвольте узнать?
Нда, Альбус, здоров ты орать. Зато, наконец, блаженная тишина. С большим облегчением перекинувшись в продемонстрированную давеча Поттером мышку, Снейп осторожно высунул мордочку из-за угла. И едва не запищал от восторга — за возможность видеть сейчас выражение альбусова лица любой сотрудник школы отдал бы полжизни не раздумывая.[45] Ах, директор, что же вас так поразило? Подумаешь, студенты слегка повздорили! Это ж Поттер и Малфой, нечему тут удивляться, давно к тому шло. Ну устроили дуэль у вас под дверью в шестом часу утра, ну разгромили коридор, дело житейское. Погрозите им пальчиком и суньте по лимонной дольке в зубы.
Аргус торчал у стены раскорякой, прижимая к груди свою мяукающую метелку. Отлично, будет знак для ребят, что Филч настоящий. Аргус, кошмар ты мой ненаглядный, пинту мази от подагры тебе, галлон зелья от бессонницы и бутылку виски впридачу за то, что не появился на полминуты позже. Иначе Альбус ко всему прочему был бы осчастливлен зрелищем двух одинаковых завхозов с обеих сторон коридора, а ему и так есть на что посмотреть.
— Как это прикажете понимать, молодые люди?
— В подзззземелья… на ццццепи… — Филч трясся, брызгал слюной, стучал палкой по полу. Кошка вторила ему пронзительным мяуканьем, — и ррррозог…
— Подождите, Аргус, — Альбус справился наконец с лицом, — сначала я хотел бы выяснить причины этого… — окинул взглядом разукрашенные следами заклятий стены, подкопченные портреты, кучи каменного крошева на полу, обезглавленную горгулью, — безобразия. Объяснитесь, господа.
«Объясняться» мальчишки начали одновременно: встали в позы боевых петухов, заорали, затряслись не хуже Филча, замахали руками, с концов палочек посыпались разноцветные искры. Выудить из потока нечленораздельных воплей хоть какую-то информацию казалось нереальной задачей. Снейп мысленно наградил обоих двадцатью баллами. Затем поспешно прибавил Малфою еще десять.
45
Вообще-то зрение у крыс и мышей отвратительное: они плохо различают цвета и детали. Но в угоду сюжету я позволила себе игнорировать этот факт. Скажем, мышка, в которую превратился Снейп, является результатом поттеровских генетических экспериментов, умудрились же магловские генетики привить крысе человеческое зрение. В любом случае, прошу прощения за вольность.