Она посмотрела на Рабастана. Тот стоял под мачтой, задрав голову, и мечтательно улыбался парусам. Сколько ж лет я не видела его таким? Двадцать? Двадцать пять? Да, с того незабываемого уикенда в Уэйнмуте в семьдесят втором. Как Цисси говорила? Сын Летиции Малфой…
Белла развернулась к шкафу.
— Бомбарда Максима!
Подождав, пока закончится дождик из щепок, она палочкой сгребла обломки в большую кучу, вышвырнула за борт и обвела взглядом остолбеневший Ближний Круг.
— Ну-с, господа? Кто-нибудь, кроме нас с Басти, имеет представление о том, как управлять этим корытом?
После жалкой попытки Питера припомнить боевую магию и небрежного поттеровского Экспеллиармуса в темном пещерообразном тоннеле надолго воцарилась тишина. Прислонившись к холодной стене то ли кладка, то ли вымытая потоком порода Питер молча теребил оставшуюся от хроноворота цепочку. Его жгло разочарование: принять этого пронырливого, самодовольного, вечно сующего нос не в свое дело сосунка за Джеймса! Позорно проиграть ему толком даже не начатый бой! За что Ты так меня не любишь, Господи? Я ведь хотел все исправить… Откуда только взялся этот щенок, проклятие Лорда, ходячая катастрофа! Знаю, пути Твои неисповедимы, но… зачем Ты прислал его? Он же вечно все портит!
Поттер, будто забыв о существовании визави, смотрел куда-то вбок и задумчиво покусывал дужку очков, конфискованная палочка парила над его головой, заливая туннель ярким, почти дневным светом. Силен молокосос. Может, в крысу и тикать, пока он отвлекся? Хотя куда я без палочки, да с моим везением. Наоборот, надо держаться за Мальчика-Который, уж от него тетка Фортуна точно без ума.
— Правильно мыслишь.
Хитрый зеленый глаз подмигнул и спрятался за стеклом очков. Легилиментит, сволочь.
— Разумеется, приглядываю, ты же у нас крыс-сюрприз.
— Чье бы кукарекало.
— Тоже верно, но первая премия сегодня за тобой. И как только Томми тебя пропустил с этой штуковиной?
— Какой Томми?
— Волдеморт.
Питер вздрогнул и съежился. Гаденыш театрально закатил глаза.
— Что за дурацкий рефлекс… нет тут его, успокойся. Вообще никого на милю вокруг, я проверял. Одни камни.
Проверял, ишь ты. Молоко на губах сначала обсуши, позер…
Щенок тем временем наколдовал себе подушку, поерзал, устраиваясь. Подумав, сотворил седалище и для Питера.
— Держи, простынешь еще, а Перечное тут вряд ли водится.
— Лучше палочку верни.
— Ага, щас. — Поттер запахнулся в мантию и вытянул ноги. — Вообще круто тебя допекло. Хроноворот штука нервная, сидишь с ним, как дурак: раз оборотик, два оборотик, три оборотик… И насколько глубоко ты собрался нырнуть?
— Не твое дело.
— Ну почему ж. Мы застряли тут вдвоем, если не заметил, и сидеть будем еще фиг знает сколько пока мои не найдут способ нас вытащить.
— Твои это кто?
— Друзья, Питер, друзья. У тебя они тоже когда-то были.
Сволочь.
— Кто из нас сволочь, позже разберемся. Откуда ты взял хроноворот?
— Иди к Модреду!
— Понятно, свистнул у Томми. На вид обычный часовик, даже за месяц форы геморрою не оберешься. А тебе ведь не месяц понадобился, правда, Питер?
— Отстань!
— Вернуть Джеймса?!? Не понял, это в восемьдесят первый, что ли?.. Погоди, не дергайся… Все исправить? В смысле?
— Прекрати!
— Ну и каша у тебя в башке. Кого-кого ты собрался убрать?
— Оставь меня в покое!
— Стой, при чем тут Нюни… Снейп?.. Ну ты дура-ак, Питер, нашел виноватого! Не Снейп гонялся за ребенком из Пророчества…
— ДА ЗНАЮ Я! — заорал Питер. — Я хотел! в тридцать восьмой! Понял? Год! когда! ОН! пришел! в Хогвартс!!!
Молчание. Питер вдруг пожалел, что Люмос не имеет привычки потрескивать, как дрова в камине тишина сейчас лупила по нервам не хуже Круциатуса. Говори уже, гнида дамблдорова, удивляйся, крути пальцем у виска…
— Во-от оно что… — Поттер снова снял очки и принялся протирать их полой мантии. — Значит, ты собрался потратить адову тучу времени… не жрать, не спать, прятаться… вертеть чертову игрушку до морковкина заговенья… и все это, чтобы придушить в постели одиннадцатилетнего пацана? Ну ты и фрукт, Петтигрю.
Питер отчаянно зажмурился, замотал головой. В подобном ракурсе план и впрямь выглядел омерзительно… Вот видишь, Господи, он опять все испортил!
— Тебе же был год… — в жалкой попытке оправдаться пролепетал он. — А Хозяин… Авадой…
— О, ты по сравнению с ним храбрец хоть куда. Только зачем рисковать? Промотай еще на мильон-другой оборотов[103] и гаси гада прямо в колыбели!
103
На самом деле около девяноста тысяч (в году 8760 часов), но Гарри не математик, подсчетами в уме не увлекается:). Питер тоже не математик, иначе знал бы, что для отправки в тридцать седьмой год ему пришлось бы сделать примерно 526 тысяч оборотов. Из расчета по секунде на оборот это заняло бы 146 часов. Шесть суток чистого вращения. Даже с перерывами на сон и перекус та еще задачка.