– Шевелись, Джош, – окликнула его сестра.
Миссис Морье опять взвизгнула, двое из прохлаждавшихся на берегу поймали швартов и уперлись каблуками в землю, а племянник, без пиджака и шляпы, не торопясь приблизился и взобрался на борт с новой столярной ножовкой в руке.
– Пришлось ехать за ней в центр, – вскользь пояснил он. – Свою Уолтер мне с собой не дал.
Одиннадцать часов утра
В конце концов миссис Морье удалось припереть племянницу к стенке. Новый Орлеан, бухта, яхт-клуб – все осталось позади. «Навсикая» молодо и рьяно мчалась сквозь голубой и сонный день, и под ее форштевнем раскрывала и растворяла свой тихий веер носовая волна. Теперь люди миссис Морье никуда от нее не денутся. Все они удобно устроились на палубе: смотреть не на что, кроме как друг на друга, ждать нечего, помимо обеда. Все, то есть, кроме Дженни и Пита. Пит, придерживая шляпу на голове, так и торчал у кормового поручня; Дженни стояла рядом. Она, похоже, мягко и тщетно его увещевала, а Пит в ответ тлел гневом и не поддавался. Миссис Морье не без изумления перевела дух и загнала племянницу в угол на кормовом межпалубном трапе.
– Патриция, – осведомилась она, – с какой стати ты пригласила этих двоих… молодых людей?
– Да бог его знает, – ответствовала племянница, глядя мимо теткиной фуражки на Пита, воинственного и неловкого пред лицом белокурой коровьей безмятежности Дженни. – Бог его знает. Если хотите развернуться и отвезти их назад, я вам мешать не стану.
– Но зачем ты их позвала?
– Ну мне откуда было знать, что они такие дурные? И вы же говорили, что у нас слишком мало женщин. Вы вечером сами сказали.
– Да, но зачем было звать этих двоих? Они кто? Где ты их таких вообще нашла?
– Дженни – в центре. Она…
– Это я поняла, но где ты с ней познакомилась? Ты давно ее знаешь?
– Я же говорю: я с ней познакомилась в центре сегодня утром, у «Холмса», когда подыскивала себе купальник.[16] Она сказала, что не прочь поехать, но этот ждал ее снаружи и запретил – мол, без него ей никуда нельзя. Я так поняла, он при ней за телохранителя.
Вот теперь миссис Морье изумилась искренне.
– Ты хочешь сказать, – потрясенно переспросила она, – что видишь этих людей впервые? Что ты пригласила ко мне на яхту двоих человек, которых раньше никогда в жизни не видела?
– Я пригласила только Дженни, – терпеливо объяснила племянница. – А этого пришлось взять, чтобы смогла поехать она. Его я звать не хотела. Откуда мне ее знать, если я вижу ее в первый раз? Если б знала, уж точно бы ее не позвала. Она какая-то бездарь. Но утром я этого не поняла. Мне показалось, она ничего. Гаврииловы штаны, вы посмотрите на них. – (Обе оглянулись на Дженни в тонюсеньком зеленом платьице, на Пита, придерживающего шляпу.) – Ну, раз я их привела, надо, значит, последить, чтобы их не обижали. Пойду, пожалуй, найду Питу бечевку – пусть хоть шляпу свою привяжет.
Племянница легко взлетела по трапу, и миссис Морье в удивлении и ужасе отметила, что та босая и без чулок.
– Патриция! – взвизгнула она.
Племянница остановилась, оглянулась через плечо. Тетка молча указала на ее голые ноги.
– Выбирайте шкоты, теть Пэт, – невежливо откликнулась племянница. – Вас шкивает.
Час дня
Обед накрыли снаружи, на составленных вместе складных карточных столиках. На появившуюся миссис Морье гости воззрились весело и не без любопытства. Та, ничего не заметив, погнала их питаться.
– Садитесь, люди, куда хотите, – нараспев твердила она. – Девушки в нашей поездке нарасхват. Не забывайте, что прекрасная дама достается победителю. – Для ее ушей это прозвучало странновато, и она повторила: – Садитесь куда хотите, люди; джентльменам положено…
Она оглядела своих гостей, и ее голос угас. Общество состояло из миссис Уайзмен, мисс Джеймисон, ее самой, Дженни и Пита, горестно жавшихся за спиной племянницы, мистера Талльяферро и ее племянника, который уже уселся за стол.
– А где джентльмены? – вопросила она в воздух.
– Сиганули за борт, – сумрачно буркнул Пит, вцепившись в шляпу, но его никто не расслышал.
Остальные так и стояли, весело наблюдая за миссис Морье.
– Где джентльмены? – повторила она.
– Если б вы минутку помолчали, не пришлось бы спрашивать, – сообщил ей племянник.
Уже расположившись за столом, он сосредоточенно и споро вычерпывал ложкой грейпфрут.
– Теодор! – вскричала его тетка.
Снизу донеслась невнятная мешанина звуков, смутно намекающая на веселое застолье.
16
…