– Перед вами наглядный пример подлинного торжества справедливости. Сто с гаком лет назад дедуля майора Эйерса рвется в Новый Орлеан, а наши деды останавливают его на болотах Шалметта, где задают ему перцу.[19] А теперь майор Эйерс заявляется прямо в город и покоряет его слабительным до того мягким, что ты его, как он сам выражается, даже не замечаешь. Да, Джулиус?
– Что также опровергает любые застарелые убеждения насчет непримиримого конфликта науки и искусства, – высказался семит.
– Ась? – сказал Фэрчайлд. – А, ну да. А то. Надо бы, кстати, Элу Джексону флакончик презентовать, скажи?
Худой поэт замогильно застонал. Майор Эйерс переспросил:
– Элу Джексону?
Стюард убрал скатерть. Стол был составлен из карточных столиков – их он по указанию миссис Морье убирать не стал. Она отозвала стюарда в сторонку, что-то шепнула, и он удалился под палубу.
– Неужто не слыхали про Эла Джексона? – вкрадчиво удивился Фэрчайлд. – Занятный человек – уверяет, что он прямой потомок Старого Гикори, который и задал перцу вашим родичам в тыща восемьсот двенадцатом. Известный в Новом Орлеане персонаж.[20]
Остальные гости слушали Фэрчайлда с эдаким уклончивым вниманием.
– Узнать его несложно – он всегда носит конгрессменские ботинки…[21]
– Конгрессменские ботинки? – пробубнил майор Эйерс, вытаращившись на него.
Фэрчайлд пояснил свою мысль, задрав ногу над столом.
– А то. На улице, на званых вечерах, даже под смокинг – носит и носит. Даже в ванне.
– В ванне? Однако. – Майор Эйерс таращил на рассказчика круглые пепельно-голубые глаза цвета китайского фарфора.
– А то. Никому не показывается босым. Родовое, понимаете, уродство. У Старого Гикори тоже было – он потому и взгрел британцев на болотах. Иначе бы ему ни за что их не одолеть. Как вернетесь в город, сходите на площадь Джексона, гляньте на статую старика. На нем конгрессменские ботинки.[22] – Фэрчайлд повернулся к семиту: – Кстати, Джулиус, ты же помнишь историю про кавалерию Старого Гикори?
Семит от ответа увильнул, и Фэрчайлд продолжал:
– Короче, старый генерал прикупил себе домик во Флориде. Ферму скотоводческую – так ему сказали, и он у себя на плантации в Теннесси собрал ребят с гор и послал во Флориду с табуном лошадей. В общем, сэр, прибыли они сюда и увидели, что вокруг одни, можно сказать, болота. Но они были ребята стойкие и тут же засучили рукава, решили выжать из этой земли хоть что-нибудь. А тем временем…
– А что они делали? – спросил племянник.
– Ась? – сказал Фэрчайлд.
– Что они собирались делать во Флориде? Нам тут всем интересно, – сказала миссис Уайзмен.
– Продавать недвижимость индейцам, – предположил семит.
Майор Эйерс пробуравил его голубыми глазками.
– Нет, они хотели устроить гостевое ранчо для больших отелей в Палм-Бич, – сообщил им Фэрчайлд. – А тем временем несколько лошадей забрели в болота, где каким-то образом скрестились с аллигаторами. И когда Старый Гикори узнал, что ему предстоит сражаться на шалметтских болотах, он послал весточку в свое флоридское поместье, велел им согнать побольше этих лошадиных аллигаторов, посадил на них часть своей пехоты, и против них британцы ничего сделать не смогли. Британцы не знали Флориду…
– Истинная правда, – вставил семит. – Экскурсий тогда не водили.
– …и тварей таких в жизни своей не видали.
Майор Эйерс и миссис Морье взирали на Фэрчайлда в тихом детском изумлении.
– Да ладно, – в конце концов сказал майор Эйерс, – вы мне голову морочите.
– Нет-нет – вот Джулиуса спросите. Впрочем, иностранцу нелегко нас понять. Мы, американцы, люди простые, наивные, как дети, и душевные. Без этих качеств, знаете, человеку не скрестить лошадь с аллигатором и не приспособить к делу то, что получилось. Это черты нашего национального характера, майор. Поживете среди нас подольше – поймете лучше. Джулиус, подтверди.
– Да, он познает нас, когда поживет в Америке и переймет наши обычаи. Без обычаев, не могу не отметить, нет человека.
– А, ну да, – сказал майор Эйерс, хлопая на него глазами. – Но есть у вас один обычай, которого мне ни за что не перенять: ваше пристрастие к яблочным пирогам. Вот у нас яблочных пирогов нет. Ни англичанин, ни валлиец, ни шотландец к яблочному пирогу и не притронется.
19
…
20
21