Обри настроился на то, чтобы оседлать морские пути из Барселоны — пожалуй, самого оживленного торгового узла в Средиземноморье. Это должно было стать кульминацией похода. Теперь ему придется уходить на Менорку, а он ничуть не был уверен в том, что за прием и какие приказы его там ожидают. Времени, отведенного на крейсерство, у него осталось не слишком много, а переменчивые ветра или переменчивый комендант, могут лишить его и этого времени, почти наверняка лишат.
— Если вам нужна пресная вода, я могу показать речку недалеко отсюда, где вы сможете наполнить столько бочек, сколько нужно.
— Что же вы мне никогда об этом не говорили? — воскликнул с довольным видом Джек, тряся руку доктора.
Зрелище это было не из приятных, поскольку левая сторона лица капитана, головы и шеи до сих пор отливала красновато-синим, как у бабуина, цветом и блестела от мази, составленной Стивеном, через которую пробивалась желтая щетина. Вместе с темно-коричневой выбритой правой щекой обожженная часть лица придавала Джеку свирепый вид каторжника-дегенерата.
— Вы никогда и не спрашивали.
— И она не охраняется? Никаких батарей?
— Там нет даже дома, не то что пушки. Однако местность эта некогда была обитаема, поскольку на вершине мыса сохранились руины древнеримской виллы, а под деревьями и зарослями ладанника и фисташки мастиковой видны следы дороги. Без сомнения, этим источником пользовались: он довольно полноводный и, насколько я могу судить, может обладать определенными лечебными свойствами. Местные пьют эту воду для лечения мужской слабости.
— Как вы полагаете, вы сможете найти его?
— Да, — отвечал Стивен. Опустив голову, он с минуту молчал. — Послушайте, — произнес он. — Вы можете оказать мне услугу?
— С удовольствием.
— У меня есть друг, живущий в двух-трех милях от берега. Я попросил бы вас высадить меня, а часов, скажем, через двенадцать забрать.
— Очень хорошо, — отозвался Джек. Это было вполне справедливо. — Очень хорошо, — повторил он, отвернувшись в сторону, чтобы спрятать лукавую усмешку, растянувшую губы. — Насколько я понимаю, на берегу вы собираетесь провести ночь. Мы подойдем к берегу вечером, но вы уверены, что нас не застанут врасплох?
— Вполне.
— Пошлю катер обратно к берегу сразу после восхода солнца. Но что если я буду вынужден уйти от берега? Что вы будете делать тогда?
— Я появлюсь на следующее утро или через день. Если понадобится, несколько дней подряд. Я должен идти, — произнес доктор, заслышав негромкий звук колокольчика, в который звонил его помощник, созывая больных. — Лекарства этому малому я бы не доверил. — Было замечено, что пожиратель чужих грехов испытывает недружелюбные чувства по отношению к своим товарищам. Стивен обнаружил, что тот подсыпал им в овсянку толченую creta alba[67], убежденный, что это какое-то более действенное и пагубное вещество. Дай ему волю, лазарет опустел бы еще несколько дней назад.
Катер, за которым следовал баркас, осторожно пробирался сквозь теплый мрак. Диллон и сержант Куинн внимательно следили за устьем речки с высокими, заросшими кустарником берегами. Когда до скалы осталось двести ярдов, на них пахнуло соснами; к их запаху примешивался аромат ладанника. Морякам показалось, что они очутились в ином мире.
— Если вы будете грести чуточку правее, — сказал Стивен, — то избежите камней, среди которых обитают лангусты.
Несмотря на жару он накинул на себя черный плащ и, сгорбившись на кормовом сидении, со смертельно бледным лицом напряженно вглядывался в сужавшуюся бухточку. Во время прилива в устье речки образовывалась небольшая песчаная отмель, на которую и сел катер. Все выскочили из шлюпки, чтобы перетащить ее через намытый песок, а два матроса понесли Стивена на берег. Аккуратно поставив его на землю гораздо выше отметки прилива, они посоветовали ему опасаться валявшихся повсюду палок и вернулись за его плащом. Поток воды постепенно сформировал чашу в породе в верхней части пляжа. Здесь-то моряки и стали наполнять бочки водой, в то время как морские пехотинцы, встав по краям участка, их охраняли.
— Превосходный был обед, — заметил Диллон, удобно усевшись вместе со Стивеном на нагретый гладкий валун.