– Как вы думаете, – спросил Стивен за обедом. – можно ли сказать, что мы находимся в устье Темзы?
– Я полагаю, что можно, сэр, – сказал Рид, счастливый, хотя и с красными от недосыпа глазами. – И я думаю, что почти уже можно сказать, – хотя я постучу по дереву, – что мы вряд ли пропустим прилив.
Они подошли к Нору, и даже доктору Мэтьюрину стало ясно, что ход шхуны изменился, что она действительно попала в начало прилива и что теперь ее несли вперед еще и волны надвигающегося моря. Отдаленный берег, видневшийся теперь с обеих сторон, стал немного ближе, и через некоторое время Рид передал руль Моулду, который, хотя и был разочарован в своих амбициях патриарха-многоженца, но оставался лучшим лоцманом по Темзе в команде.
Моулд много рассказывал Стивену о чиновниках, и все в самом невыгодном для них свете, и показал ему местечко на северном побережье, называвшееся Дерьмовым болотом, где лоцман c сертификатом от Тринити-Хаус[85] посадил их на мель в девяносто втором году.
– Ну, когда мы его отделали, вид у него точно был дерьмовый.
Несмотря на то, что ветер, извилистая река и даже те, кто по ней плавал, – включая тяжелые, медлительные, неуклюжие и склонные к грубостям баржи на Темзе, которые считали, что имеют преимущество перед всеми остальными судами, – вели себя довольно хорошо в течение этого долгого дня, Моулд был в мрачном настроении. Ближе к вечеру, когда небо между дождями прояснилось, и на берегу реки показался Гринвич во всем его великолепии, сияющий белизной и зеленью, он дернул подбородком в ту сторону и сказал:
– Гринвич. Вы не поверите, сэр, сколько денег они выколачивают из бедных трудолюбивых моряков в этот свой старый сундук[86]. И кто-нибудь потом хоть один пенни видел? Уж точно не старина Моулд.
– Вот Гринвич, где так много баб сварливых[87], – продекламировал Стивен, задумавшись.
– Ваша правда, сэр, в Гринвиче есть очень неприятные женщины. Но это ерунда, – сказал Моулд, взволнованно повышая голос и заставляя крепкий румпель дрожать под его рукой. – ничто по сравнению со стервами из Шелмерстона. Возьмем, к примеру, миссис Моулд... – Он взял миссис Моулд и прошелся по ней самым суровым образом, не только за ее невежественное, нетерпимое, абсолютно мирское неприятие многоженства: – Подумайте об Аврааме, сэр, подумайте о Соломоне, вспомните Гидеона – шестьдесят десять сыновей и множество жен! – но также и за целый ряд недостатков, многие из которых и называть-то было бы неприлично, осуждая их все с такой яростью, что его пришлось бы одернуть, если бы лихтер, кое-как управляемый умственно отсталым парнем с единственным огромным веслом, не выскочил перед носом "Рингла", так что его верхний парус пришлось немедленно вынести на ветер, чтобы снизить скорость, а все шкоты раздернуть, пока все, у кого под рукой оказались подходящие шесты, с криками негодования отталкивали незадачливую посудину.
Казалось, этот переполох напугал и прилив, и ветер, потому что, когда, наконец, несчастный лихтер направился к противоположному берегу, "Рингл" больше не слушался руля, а медленно повернулся носом туда, откуда пришел, потому что теперь вода была неподвижна, и вскоре должен был начаться отлив. К счастью, затишье было всего лишь передышкой, вызванной заходом солнца, и возобновившийся бриз донес их до самого Пула, прежде чем возвращающаяся к морю масса воды набрала настоящую силу. Здесь, к облегчению всех матросов, они бросили якорь; Рид посмотрел на часы, громко рассмеялся и отдал официальный приказ к ужину.
На реке было оживленное движение, десятки лодок с торговых судов ездили друг другу в гости, горожане спешили по своим делам, веселящиеся компании прибывали в Гринвич, и когда он и ликующий Рид покончили с трапезой, состоявшей из каплуна и бутылки кларета, заказанной из "Головы короля", чтобы отпраздновать их рекордно быстрый переход, Стивен окликнул проезжавшую мимо повозку, которая доставила его в Темпл[88].
Но в приемной мистера Лоуренса он столкнулся с удивленным секретарем, который сказал, что адвоката нет на месте, – никто не рассчитывал увидеть доктора по меньшей мере еще два дня, и мистер Лоуренс уехал из города и вернется только завтра поздно вечером. Он будет очень расстроен, если не сможет его увидеть.
– Он обязательно меня увидит, – сказал Стивен. – Я переночую в гостинице "Виноградная лоза" в районе Савой, а завтра с утра буду делать покупки и встречаться с друзьями. Я буду обедать в своем клубе, который известен мистеру Лоуренсу. Я оставлю сообщения в "Лозе" и в "Блэкс" с указанием, где меня можно найти, если вдруг он вернется раньше, чем ожидается. В противном случае я вернусь завтра вечером в это же время.
85
Учреждение, выдававшее своего рода аккредитацию для лоцманов, водивших суда в дельте Темзы.
86
Морской госпиталь и дом призрения для увечных матросов в Гринвиче отчасти финансировался за счет ежемесячного вычета шести пенсов из жалованья моряков. "Гринвичский сундук" был не просто кассой, а физическим объектом, который сохранился до наших дней и выставляется в музее.