Первая его мысль состояла в том, что где-то есть тайный ящик. Он снова встал на колени и ощупал кровать снизу, но руки встречали только пустое пространство. Он попытался поднять матрас, хотя и понимал, что это пустая трата времени: папа, который чуть ли не каждый вечер обыгрывал Беллини в шахматы, никогда бы не сделал ничего столь очевидного. Наконец, испробовав все другие возможности, он перешел к кроватным столбикам.
Сначала взялся за правый в изголовье. Его навершие было из толстого темного полированного дуба. На первый взгляд, оно служило всего лишь частью тяжелой опоры. Но когда он провел ладонью по навершию, ему показалось, что один из маленьких резных дисков ходит под его пальцами. Он включил прикроватную лампу, забрался на матрас, осмотрел диск. Осторожно нажал. Казалось, ничего не произошло. Но когда он ухватился за вершину столбика, собираясь слезть с кровати на пол, она осталась в его руке.
Под навершием оказалась полость с плоским необработанным основанием, в центре которого находилась деревянная шишечка, крохотная, почти незаметная. Он ухватил ее большим и указательным пальцем и медленно вытщил простой ящичек. Ящичек сидел на месте с удивительной точностью. Размером он был с коробку для обуви. Ломели тряхнул его. Внутри что-то зашуршало.
Ломели сел на матрас, стянул крышку. Под ней лежали свернутые документы – несколько десятков. Он разгладил их. Колонки цифр. Выписки банковских счетов. Денежные переводы. Адреса апартаментов. На многих страницах карандашные надписи, сделанные мелким угловатым почерком его святейшества. Вдруг ему попалось его собственное имя: «Ломели. Апартаменты № 2. Дворец Святого престола. 445 кв. метров!» Видимо, это был список официальных апартаментов, занимаемых членами курии, как отставными, так и действующими, подготовленный для папы АЦИСП – Администрацией церковного имущества Святого престола. Имена кардиналов-выборщиков, имеющих апартаменты, были подчеркнуты: Беллини (410 кв. м), Адейеми (480 кв. м), Трамбле (510 кв. м)… В конце документа папа подписал собственное имя: его святейшество. Каза Санта-Марта. 50 кв. м!
У документа имелось приложение:
Только Понтифику лично
Ваше Святейшество!
Насколько мы можем установить, общая площадь собственности АЦИСП составляет 347 532 кв. м, потенциальная ее стоимость превышает 2 700 000 000 евро, однако установленная балансовая стоимость собственности составляет 389 600 000 евро. Дефицит налоговых поступлений указывает на то, что названная недвижимость оплачивается лишь в размере 56 %. Таким образом, как и предполагал Ваше Святейшество, немалая часть доходов неправильно декларируется.
Имею честь быть преданным и покорным чадом Вашего Святейшества
Ломели перешел к другим страницам и опять увидел свое имя: к собственному удивлению, на этот раз, когда он пригляделся, то понял, что это выписка с его счета в Ватиканском банке IOR. Список ежемесячных доходов более чем за десятилетие. Последняя выписка от 30 сентября свидетельствовала, что на его счете имеется 38 734,76 евро. Он и сам не знал этой суммы. Все деньги, какие у него были.
Он пробежал глазами сотни перечисленных имен. От одного только чтения их ему хотелось вымыть руки, но он не мог остановиться. На счете у Беллини было 42 112 евро, у Адейеми – 121 865, у Трамбле – 519 732 (сумма, которая вызвала к жизни еще один ряд восклицательных знаков, поставленных рукой папы). Некоторые кардиналы имели мизерные балансы – Тедеско всего 2821, а Бенитез вроде бы вообще не имел счета. Но остальные были богатыми людьми. Архиепископ-эмерит Палермо Калогеро Скоццадзи, который во времена Марцинкуса[77] работал в IOR и расследовал отмывание денег, стоил 2 643 923 евро. Ряд кардиналов из Африки и Азии за последние двенадцать месяцев сделали крупные вклады. На одной из страниц папа написал трясущейся рукой цитату из Евангелия от святого Марка: «Не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? а вы сделали его вертепом разбойников»[78].
Закончив читать, Ломели плотно свернул бумаги, вернул их в ящик, поставил на место крышку. Он чувствовал отвращение, словно гниль на языке. Его святейшество тайно воспользовался своей властью, чтобы получить из банка сведения о счетах коллег! Неужели он находил их всех коррумпированными? Кое-что из прочитанного не удивило декана: сведения о скандале с апартаментами курии, например, утекли в прессу несколько лет назад. И подозрения о личных богатствах его братьев кардиналов существовали давно – Лучиани, который был человеком не от мира сего и просидел на папском престоле всего несколько месяцев, как говорят, был выбран в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году только потому, что оказался единственным безупречным итальянским кардиналом. Нет, больше всего Ломели потрясло при чтении то душевное состояние, в котором пребывал его святейшество.
77