Я расскажу только о передаче гуманитарки, о встречах, о наших замечательных бойцах.
Без обеда из дивизиона не отпустили. Артёмыч-луганчанин — штатный повар — оказался довольно искусен в приготовлении «каши из топора». Ему далеко за полтинник, списка возрастных болячек и травм хватит на малую медицинскую энциклопедию, зрение плюс восемь. Всё равно мобилизовали и поставили военно-учётную специальность — снайпер. В военкомате шутили: с твоими диоптриями только в снайперы годен — тебе прицел не нужен. Шутники. Комбат коротко выматерился, вздохнул и определил в пулемётчики вторым номером набивать ленты. Только Артёмыч в блиндажных сумерках работал на ощупь и половину ленты снарядил наоборот. Без злого умысла — просто глаза слабоваты. Вот так и попал в стряпухи.
Выбор продуктов невелик: тушенка, крупы да макароны, как изыск — «Ролтон». В ящике из-под мин высадил лучок — витамины солдату ещё как нужны. На костре огромный котёл с булькающим варевом и дурманящим ароматом. В честь нашего приезда Артёмыч расстарался гостей приветить борщом: нарвал молодой крапивы, на заброшенных грядках нашёл щавель, у соседей позычил пяток корней красной свёклы и десяток картофелин. Борщ без капусты вроде бы и не борщ вовсе, однако ноу-хау Артёмыча позавидует любой московский ресторан.
Поездка незапланированная. То ли Вите вожжа под хвост попала, то ли действительно ребят припекло, но ехать надо безотлагательно. Так решил мой друг, и ему нельзя отказывать, иначе рванёт сам, а это уже не есть хорошо. Или совсем нехорошо.
С «бусиком» не вышло (владелец был занят по горлышко), поэтому на рассвете двинулись на Витином «ларгусе». Конечно, забрали не всё, что хотели, — маловата «тачечка», забили не только багажник, но и заднее сиденье и даже кое-что разместили на коленях.
Цель — доставка гуманитарки, встречи с воюющими на кременском направлении и на северном фланге Артёмовска.
Срок — трое суток.
Логистика: первая встреча — с Мудрым[113], начальником разведки, нашим старинным другом. Ему огромную сеть (впору «ярсы» накрывать, но у них в дивизионе в ближайшие лет двадцать таковых не предвидится), антидрон, «квадрик», медицина, ещё кое-что. Взамен БПЛ в ремонт.
Вторая точка сбора (с утра следующего дня) — Житловка, что между Кременной и проклятой Червонопоповкой, мясорубка у которой идёт с осени прошлого года. Слева — Серебрянка и Белогоровка, не менее проклятые места. А ещё сказочные: речка Красная, ниже Северский Донец, хвойные леса, воздух плотный и вкусный, хоть нарезай, как масло, кусочками и смакуй. А ещё царство комарья и какой-то каннибальской мошки. Комары что «мессершмитты» — назойливые, стремительные, непрерывно атакующие. Мошка — злющая, зубастая, набрасывается пираньями и просто вырывает кусочки кожи с мясом. Третья — непременная встреча с Филиным[114]. Где и когда — он скажет. Сейчас он за Берховкой (южнее Соледара и севернее Артёмовска). Груз обычный: масксети, «кикиморы», сапёрные лопаты, медикаменты и пр.
С Мудрым пересеклись в условленном месте на окраине прифронтового городка. До передовой рукой подать — дальность миномётного выстрела. Дальше сегодня нельзя — снайпер работает по дороге, и не объедешь — не обойдёшь. Пробраться, конечно, можно — Мудрый даже на своём стреляном «жигулёнке» проскочил, но с нами не рискнул. Или мороки не захотел, что скорее всего, но я лично не в обиде, в отличие от Вити. Нянчиться с этой полоумной «жмур-командой» я бы тоже не стал: своих забот по горло. Глаза у Мудрого краснючие от недосыпа, штормит от усталости, говорит тихо, с трудом ворочая языком. Замотался, парень, ну да у него это не впервой. На него сейчас свалилось всё: и командирские заботы, и за начштаба, и своя родная разведка, и за замполита и зампотеха, и ещё чёрт знает что. А он всё тянет в одиночку и вытянет, нет сомнений.
Комдивизиона в госпитале с инфарктом — доставили на «скорой» и еле успели откачать. Перед этим неделю сердце задавливало, работало с перебоями и пару раз совсем затихало: благо полковой врач дока оказался, запускал, но сказал, что третьего раза не будет — давай в госпиталь. А генерал не отпустил даже в санчасть:
— Иди воюй, не придуряйся, а не то рядовым в пехоту пойдёшь.
Знакомо: прошлый раз, когда комбатареи сказал, что снаряды закончились ещё вчера и поставленная задача невыполнима, отправился командиром штурмовой роты. Вот как-то так: пришел на совещание командиром батареи, вышел командиром штурмовой роты.