- Странное имя для австрийца, - бурчал себе под нос при знакомстве управляющий.
Старик снова развернул бумагу с замысловатым гербом и задумался.
«Король Карл VI Габсбург, милостью божию Император Священной римской империи, оказывается, теперь и король Сицилии. Вот так сюрприз!»
Сapouff’cio много чего слышал об этой войне за испанское наследство. Габсбурги и Бурбоны никак не могли поделить между собой Испанию, и поэтому весь Юг и Юго-запад Европы сходил с ума от непрерывных сражений, стычек и осад. Города, переходящие из рук в руки, не знали, к кому из воюющих сторон примкнуть. Сколько хороших людей легло в землю и уже никогда не вернётся к своим очагам! Филипп – герцог Анжуйский, говорят, потрепал Карла в Кастилии, но и австриец в долгу не остался. При взятии Мадрида он крепко прищемил хвост Филиппу и заставил испанцев сдать ему город.
Управляющий вздрогнул и почесал переносицу.
- Святая Агата! Комар… И откуда ему взяться в нашем сухом климате?! Это в Вене и Париже их, как сарацин во времена их владычества на Сицилии… Не зря в этой сырой и дождливой Австрии люди страдают лёгочной лихорадкой и приезжают к нам за воздухом и морем.
- Ах, да…письмо… - Сицилиец вздохнул и вернулся к своим мыслям. - Война длится уже почти десять лет - и вот на тебе! Сардиния отошла к французам, дьявол их забери! А мы теперь – часть австрийской империи… Ну и ну! - Сapouffcio тяжело вздохнул. - Бедная Италия! Что ещё от тебя осталось, кроме Рима и Папской области?
Он стал загибать пальцы, считая:
- Неаполитанское королевство – Габсбургу. Тоскана – опять Карлу. Миланское герцогство – Карлу… О, Господи, не много ли ему?! А война, будь она проклята, всё идёт и идёт. Конца края не видно…
Старик снова взял в руки письмо.
- Ишь ты, приказывают сделать опись самого ценного во дворце, запаковать и отправить на повозках в Вену. Вот разбойники! Да где я им здесь повозки возьму? Они ведь денег стоят. Ну да, о деньгах короли вспоминают в последнюю очередь! Эх, не было бы здесь этого офицера-драгуна! Ведь знает толк проклятый австриец и в картинах, и в часах, и в посуде! Надо бы спрятать наш канделябр[124], самые ценные фолианты, кое-что из золотой посуды. А то ходит везде, вынюхивает, свой список составляет. Была б воля этого юнца - он и со стен Капеллы содрал бы плиты золотой росписи, а в придачу все витражи с цветной мозаикой! Слава богу, дворцовые часы с башни снять не может[125]. Слишком сложно и механизм тонкий. Потом не настроишь… Ну, что тут ещё писано для нас? Ага, здесь ещё говорится о старых архивах Ruggero II di Sicilia[126] и Фридриха II. Даже и не знаю, где их искать… В хранилище книг сам дьявол ногу сломит. Роджер любил собирать древние греческие таблички, византийские пергаменты, арабские свитки. Да только здесь, в этих испорченных мышами дворцовых списках, - он ткнул в бумаги, лежащие на столе, - здесь говорится, что Фридрих в своё время часть вывез в Рим, часть в Германию, часть подарил университету в Неаполе.
Сapouffcio потёр уставшие глаза и зевнул.
- А вот личные вещи Фридриха: сломанные доспехи, лекарские инструменты, какие-то записи на клочках пергамента и прочая мелочь - где-то я видел…
Наверно, валяются на чердаке среди другой рухляди. Но… пусть не встретит меня у райских врат почитаемый мной Блаженный Джулиано - не пойду я на этот дьявольский чердак! Там шею свернуть очень даже просто. Но она ведь у меня одна. Пусть лезет этот шваб или австриец сам. А я стар для таких дел.
Он свернул письмо, собрал в охапку бумаги и, устало шаркая ногами, пошёл спать.
Весь следующий день слуги под началом сapouffcio укладывали в деревянные ящики серебряную и золотую посуду, высокие бронзовые подсвечники, картины и фолианты из библиотеки дворца. В комнатах пахло свежей стружкой, воском и пылью. Управляющий печально вертел в руках список, составленный австрийским офицером, и громко вздыхал, всем своим видом давая понять, как он недоволен таким откровенным и наглым грабежом. Заворачивая в тряпки старинные византийские бокалы с гербом Штауфенов на толстых прозрачных стенках, изящные двурогие вилки с вензелями бывших правителей Сицилии, он тихо ругался. Слуги прятали улыбки, качали головами, слыша крепкие, хлёсткие словечки и ядовитые замечания на выразительном южно-итальянском наречии в адрес сеньора Жильбера.
124
Имеется в виду алтарный пасхальный канделябр королевского дворца, на котором отлиты различные изображения людей, животных, растений, цветов. Канделябр Капеллы Палатино в Палермо сделан по типу знаменитого канделябра из Базилики Сан Паоло Фуори ле Мура в Риме.
125
Речь идёт о знаменитых дворцовых гидравлических часах с циферблатом, выполненных с латинской, греческой, арабской символикой.
126
uggero II di Sicilia (итал.) – основатель и первый король Сицилии из норманнской династии Отвилей - Роджер II. При нём Сицилийское королевство достигло значительного влияния и могущества, занимая в 1154 г. треть Италии вплоть до Капуи.