— Я вас слушаю, — спокойно говорит Урова, холодно глядя в гладкое лицо гиперепископа Каллистрата, наперед зная, что он скажет то, что тут же и последовало…
— …но с тем, чтобы он был построен вне палубы, на которой планируется воздвигнуть наш кафедральный собор «Изгнания Мессией Сребролюбцев из Иерусалимского храма». Как вы уже знаете, так будет назван новый и самый роскошной храм не только нашей Консархии, но и нашей епархии, и потому возводимый на высочайшей палубе нашего Ко…
— Вряд ли! — Урова обдумывает ответ, и потом обращается к главе мультиконсархической Независимой Ортодоксальной Униатской Церкви.
— Конечно, Гиперблаженнейший, — энергично, хотя все так же спокойно и смиренно отвечает она, используя при этом еще один из официальных, восточно интонированных титулов первосвященника.
Она знает, что новый объект посвящен эпизоду, описанному в Евангелиях Нового Завета, согласно которому Иисус разогнал менял перед Иерусалимским храмом, что должно быть одновременно и религиозным признанием Консархии, а также символом этического духа акционерского сообщества и его центрального учреждения, Биржи…
— Хотя… — добавляет она, пристально глядя в глаза гостю, и останавливается, словно подыскивая точное выражение для того, что собирается озвучить.
— Хотя что? — с интересом спрашивает гиперепископ НОУЦ.
— …Хотя для нашего Президента и их просьба является легитимной, будучи основанной на фундаментальном EU-principle из корпуса директив Европеального Союза 3, который, соответственно, обязывает нас, а также другие консорциумы, принадлежащие к этому европеальному концентрическому кругу, защищать равноправное единство всех домицильно присутствующих конфессий.
— Да, конечно, но… — пытается перебить ее первосвященник, потому что вся эта бюрократическая галиматья ему давно известна, но она вдруг поднимает на него взгляд, делает паузу и многозначительно подчеркивает всего лишь один союз:
— И… монсеньор! — неожиданно обрывает его, энергично поднимая указательный палец и наклоняясь к нему.
— И? — отступает растерянный Каллистрат, а она продолжает тем же тоном:
— …И это гарантировано основным законом консорциума, нашей Торгово-политической конституцией… Мы, как независимый Консорциум, не хотим никаких недоразумений с брюссельской европеальной Штаб-квартирой, учитывая, что мы самоотверженно работаем над улучшением нашего статуса и продвижением на следующий уровень членства, то есть переходом из третьего — во второй европеальный круг… Другими словами, отец и брат Hyper beatus[2], мы находимся под постоянным наблюдением, наши действия подвергаются скрупулезному изучению и оценке, причем по мере приближения срока голосования по нашему новому статусу, мы оказываемся под все более и более сильным давлением. Конечно, мы не хотим, чтобы это стало широко известно.
— Знаю, знаю, дочь моя, и молю Всевышнего освободить нас из «круга третьего», в котором мы застряли на десятилетия вместе с этой нашей несчастной и страдающей консорциальной группой… Наша Церковь хранит память о долгом и тернистом пути, по которому прошла и она, так же, как и все общество…
— И мы молимся Богу, — Урова не теряет терпения, ее голос обретает новую решительность, и она технически безупречно начинает перечислять: Наряду с Трансгорскими, Горанскими, Черногоранскими, Черногорскими, Косоварскими, Метохийскими, Поморавскими, Ибарскими, Саво-Дунайскими, а также и с консорциумами Скадар и Улцинь, и, конечно же, Белградским и Дунайско-устьинским, потом консорциумами Сарай-Босна, Загреб-и-Загорье, а еще Сежана-Любляна…
— …да бог с ними, с этими азиатами! — добавляет Каллистрат, широко раскрытыми от удивления глазами разглядывая эту бесчувственную женщину.
— Хм, да… — нейтрально сказала Урова, понимая оскорбительный намек и, будучи прекрасно осведомленной о том, что каждый прием регистрируется консархийской системой наблюдения и мультимедийного архивирования, приводит официальные названия консархатов, принадлежащих к четвертому, внеевропеальному кругу.
— …и с многочисленными тюркоманскими общинами на Ближнем и Среднем Востоке, согласно новой карте Европеального союза 3, вознося молитвы о нашем продвижении во второй, более узкий круг, где и должны находиться консархии такого квалитета, как наша, с континентальной локализацией, традиционалистским профилированием…