Последняя коалиция
До того Брунгильда еще могла надеяться, что ее политическая виртуозность способна компенсировать непостоянство ее магнатов или слабость ее армий. События 610 г. как будто подорвали ее репутацию: враги без труда прорвали границы, а ее любимый внук попался в примитивную ловушку.
Но принимала ли еще Брунгильда активное участие в делах? Известно, что в 609 г. она находилась на одной вилле в области Отёна, где она воспитывала правнуков в атмосфере возвышенной отдаленности от мира. И в источниках за 610 г. ее имя почти не появляется: послов в Нейстрию, похоже, отправляла не она, и на собрании в Зельце она лично не присутствовала. Возможно, королева, которой было уже шестьдесят, намеревалась частично отойти от политической жизни, чтобы полней посвятить себя благочестивым заведениям.
Если Брунгильда уже сочла возможным передать факел Теодориху II, катастрофы 610 г. заставили ее пересмотреть это решение. В самом деле, Бургундии надо было найти внешних союзников, чтобы компенсировать утрату трех стратегически важных областей. А ведь в дипломатии королева по-прежнему была сильна. В 611 г. она вновь прибегла к своим связям.
Первое соглашение было заключено с Хлотарем II. За поддержку против Теодоберта II королю Нейстрии было обещано возвращение «герцогства Дентелин», то есть северо-западных графств Regnum Francorum{914}. Подобное намерение подрывало принципы, установленные договором 600 г., но теперь уже надо было не сдерживать Нейстрию, а оказывать сопротивление Австразии. Кроме того, предусматривалось: прежде чем наложить руку на новые территории, Хлотарь II должен будет их отвоевать у Теодоберта II. Это вынуждало его принять активное участие в военных действиях.
Далее бургундская канцелярия вступила в переговоры с ханом аваров о том, чтобы его народ напал на восточные владения Теодоберта II. В чисто стратегическом плане этот ход понятен: он позволял завершить окружение Австразии и предусмотреть нападение с тыла. Но имело ли христианское королевство нравственное право вступать в союз с языческим народом для вторжения в другое христианское королевство? В свое время о таком подумывал Сигиберт I, и Григорий Турский напрягал все воображение, чтобы оправдать такую возможность. Но с 560-х гг. менталитет людей изменился. С легкой руки Григория Великого на Западе распространилось представление об органическом христианстве, объединяющем католические государства. В этой новой модели Европы языческие народы уже воспринимались как абсолютное зло[176]. Поэтому соглашение, заключенное в 611 г. с аварами, послужило Брунгильде в политическом смысле, но повредило ее репутации как в Галлии, так и за рубежом{915}.
В свою очередь Теодоберт II тоже пытался найти союзников. Геостратегические соображения подталкивали его обратиться к вестготам, чтобы ударить по Бургундии с тыла. Поскольку они были католиками, просить их помощи можно было без колебаний. Произошел обмен послами, и толедский король Годомар (610–612) поручил наместнику Септимании, графу Булгару, провести переговоры. По плохо известным причинам часть переписки этого высокопоставленного чиновника сохранилась. Даже если имена адресатов стерты, поскольку тема для обсуждения была деликатной, главные моменты переговоров удается воссоздать.
По прочтении этого маленького досье становится понятно, что свобода действий у вестготов все еще оставалась ограниченной. Их силы сковывало прежде всего сопротивление византийцам, и у них не было солдат, чтобы послать на помощь Австразии. Им едва удалось взять Жювиньяк и Корнейям, две пограничных местности, которые Реккаред некогда отдал Брунгильде, чтобы добиться мира{916}. В военном отношении король Годомар не хотел идти дальше, но предложил в качестве помощи Теодоберту II передать довольно большое количество золота. Епископ Вер Родезский согласился сыграть роль посредника и сопроводить эту сумму{917}. Вестготы собирались также организовать публичные молебны в Септимании, чтобы Бог даровал королю Австразии победу в войне с аварами. Это было, конечно, полезно для пропаганды Теодоберта II, даже если тот, несомненно, предпочел бы несколько более активные действия.
Чтобы оговорить некоторые практические детали, Булгар послал письмо ко двору Теодоберта II{918}. Но ответ задерживался, и граф Септимании был вынужден обратиться к Веру Родезскому, чтобы выяснить обстановку{919}. Видимо, Брунгильде удалось перерезать линии связи между Австразией и Толедским королевством. Известно, что она сумела задержать двух вестготских послов, Татилу и Гульдримира, разъезжавших по Regnum Francorum. Вопреки посольскому праву она велела одному из своих епископов их арестовать и заключить в сельское имение{920}.
176
В VII в. такой автор, как Фредегар, считал непростительным предательством даже союз с язычниками.