Впервые за все время их пребывания на МКС русский не отозвался сразу же.
– Арти, – смущенно повторил Лайнт свое обращение, – извини, что отвлекаю. У меня к тебе разговор…
Да чем он там так занят-то?!
Дэвид подлетел к Климову и положил руку на холодную, будто окаменевшую спину русского. Экс-капитана прошиб пот. Он подлетел сбоку и вскрикнул от неожиданности. Русский был мертв. Его окоченевшее тело мерно покачивалось в воздухе. На неестественно сине-фиолетовом лице отчетливо выделялись белые, широко распахнутые глаза.
Несколько секунд Лайнт растерянно смотрел на мертвое тело, не в силах понять, что теперь делать. Наконец он вышел из ступора.
– Эл! Эл! – Дэвид влетел в модуль… и замер на месте.
Элеонора сидела на полу, держась руками за грудь. Бока ее двигались как-то чересчур рвано и быстро, словно женщина не могла вдохнуть полной грудью.
– Что случилось?! – Дэвид подлетел к Стейз.
– Больно… и трудно… дышать… – Женщина еле выговаривала слова на выдохе посиневшими губами.
– Почему? Как это случилось? Что ты делала? – Лайнт растерянно смотрел на жену, не зная, чем ей помочь.
– Не знаю… Все… внезапно… – Женщина зашлась в приступе кашля и выплюнула на пол кровавый сгусток.
– Матерь божья! Эл! – Дэвид увидел, как побледневшее лицо Стейз начинает синеть. Он схватил ее за здоровую руку и потянул к себе: – Давай, милая, выходи из круга. Летим в Kibo. Там медкапсула, она нам поможет. Мы выясним, что случилось. – Лайнт подхватил задыхающуюся женщину и заторопился к выходу.
Японский модуль был рядом, и уже через пару минут Дэвид торопливо пытался понять, как запустить сложное оборудование.
– Сейчас, милая. Потерпи. Сейчас мы тебе поможем. Подожди немного.
Наконец крышка капсулы поднялась вверх.
– Залезай, милая. Только осторожно. – Лайнт бережно помог Стейз оказаться внутри. – Ложись. Сейчас все будет.
Женщина постаралась лечь, но тут же, судорожно схватившись руками за края капсулы, вновь приняла вертикальное положение.
– Я… не могу… лежать… – прошептала Элеонора. – Я… задыхаюсь!
– Смотри! – торжествующе вскрикнул Лайнт. – Тут есть маска! – Он сорвал с одной из боковых поверхностей белую силиконовую маску треугольной формы, оттянул фиксирующую резинку и надел маску на голову жены. – Ложись, милая. Кислород пойдет, как только крышка закроется. – Он не знал, правда ли то, что он говорит, но в настоящий момент это было все, на что он способен. – Потерпи немного.
В голове возникла единственная мысль: даже если медицинское оборудование выяснит, что случилось, то как он сможет вылечить Эл? Он же не врач. И смог бы даже настоящий врач помочь им в этих условиях?
Он практически насильно уложил задыхающуюся Элеонору на ложе. Прозрачная крышка тут же пришла в движение и герметично закрылась. Через нее было видно, как левая рука Стейз мгновенно оказалась в фиксирующем захвате чудо-техники. На ногтевую фалангу указательного пальца легла странная прищепка с инфракрасным датчиком. А вены кисти подсветилились сверху каким-то подобием ультрафиолета. Подсветка показала расположение вен, и в одну из них незамедлительно ввелся короткий катетер с прозрачной пластиковой канюлей, в которой тут же оказалась темная кровь.
На боковом внешнем мониторе вспыхнули столбики букв и цифр.
SpO2% 65
PRbpm 120
BP 130/80
pH 7.24
pO2 32.8
pCO2 61.4
cLac 3.06
cBase(Ecf)c – 10.3
RBC 5.8
HCT 58
HGB 173
PLT 630
WBC 21.6
Result is not accurate. Sharp hemolysis.6
Дэвид продолжал смотреть на появившиеся цифры, не понимая, что они означают и что он может сделать для задыхающейся Эл. Он не понимал того, что, пережив угрозу инфекционного заражения, они столкнулись с одной из проблем, возникающих после длительного пребывания в невесомости.
Человеческий организм не приспособлен к долгим пребываниям вне условий гравитации родной планеты. Затяжное нахождение на орбите постепенно приводит к многочисленным изменениям в организме, незаметным внешне даже специалисту. Одной из таких проблем является нарушение тока крови по сосудам. Кровь хоть и является, по своей сути, неньютоновской жидкостью, тем не менее, она подвержена всемирному закону гравитации. И перераспределение и циркуляция ее по организму напрямую зависит от наличия физических законов, под действием которых многие поколения теплокровных представителей фауны эволюционировали и развивались, дойдя, наконец, до стадии Homo sapiens, согласно официальной теории Чарльза Дарвина. Несвойственная для человека среда обитания нарушает движение крови, выбрасываемой вследствие сокращения сердечной мышцы. Часть объема крови в условиях невесомости осуществляет ретроградный ток, нарушая, тем самым, естественное течение по сосудам и приводя к образованию тромбов. Это дополнительно отягощается сгущением крови из-за длительного недостаточного поступления в организм воды. Отправной точкой начала катастрофы в организме стало наличие гравитации, позволившей принять привычное для тела вертикальное положение и включить в работу ноги. Мышцы голени, окружающие крупные сосуды подобно манжете, при начале своей активности сжались. Так называемая «мышечная помпа» выбросила в венозный кровоток огромный объем застоявшейся крови, приведя к тому, что многочисленные тромбы вылетели в кровеносную сеть легких и мгновенно вызвали массивную тромбоэмболию легочных артерий.