— Она действительно хороша, — подошла к нам Кейтлин. — Не пожалеете.
Исподлобья, он нас осматривал, а потом просто пожал плечами.
— Мне все равно. Только вам нужно отогнать его от микрофона.
Я улыбнулась и решительно направилась к фальшивейшему солисту, мертвой хваткой вцепившегося в микрофон. Он с таким чувством затягивал ноту, что ноги подкашивались.
— Эй! — перекрикнула его я, забирая микрофон. — Молодец, теперь можешь немного отдохнуть.
Солист сначала упорно не хотел уступать мне место, но Кейтлин мирно взяла его за руку и начала что-то шептать на ухо. Я встала в стойку, вынув микрофон из подставки, и кивнула остальным участникам группы.
Играли они действительно четко, хотя танцевать на проигрышах приходилось одной мне, но от этого выступление хуже не стало. Теперь около ребят хотя бы народ собирался, а в гитарном чехле появлялись не несчастные центы.
Закончив петь, я тут же поспешила скрыться с места, чтобы эти горе-музыканты не расспрашивали меня обо всем, а то еще предложат играть у них в группе, а у меня натура такая, что отказать не смогу. Думаю, около пятидесяти фунтов они насобирали.
Охранник стоял в магазине все в той же позе, будто окаменел. Он с улыбкой передал мне пакеты и продолжал светиться.
— Огромное спасибо. Может, еще увидимся, — попрощалась я.
— Да всегда пожалуйста. А можно ваш телефончик?
К такому повороту я была не готова.
— А… понимаете… я приехала из далекой страны, завтра улетаю, а там связь не ловит…
— Ваш телефончик можно? — перебил меня охранник и посмотрел на Кейтлин.
Я обернулась к ней и неловко прикусила нижнюю губу, борясь со смехом и стыдом.
Еще минут десять Кейтлин притворялась иностранкой, а я ее переводчицей. В итоге мы написали мобильный номер Дакоты, переписав его с контактов Кейтлин, и довольные пошли дальше по магазинам. Кузина, будучи в хорошем настроении, разрешила купить мне мои любимые бунтарские вещи, но в приделах нормы. А ведь еще днем они ей не нравились, а уже сейчас она чуть ли не на себя меряет джинсы в дырку.
После наземного метро мы долго шли по лесу, борясь с болью в ногах. Кейтлин три раза пожалела, что не взяла машину. Показавшийся через листву освещенный дворец был похож на воду в пустыне, ну в моем видение.
Саша сидела в своем кабинете, разбирала какие-то бумаги. Первым делом мы зашли к ней со всеми многочисленными пакетами.
— Девочки? — удивилась тетя, увидев нас на пороге. — Не думала, что вы так быстро.
— Серьезно? — простонала я.
Отчитавшись перед Сашей, мы разошлись по своим комнатам. На ужин я не пошла, после бессмысленной возни на постели, я принялась еще раз рассматривать свои покупки, переодевшись в любимую пижаму. Крутясь у зеркала, я примеряла белый джинсовый пиджак с металлическими вставками, сделав произвольный пучок на затылке, который бывает у рок-звезд.
В дверь постучали, я аж вздрогнула. Бросив вещи на кровать, я руками пригладила волосы и открыла дверь. На пороге стояла Кейтлин в новой ночной сорочке из шелка. Я вопросительно приподняла одну бровь, пока девушка неуверенно пыталась что-то сказать.
— Посмотрим кино?
И она мне протянула старый диск с фильмом «Десять причин моей ненависти». Я рассмеялась и отступила, пропуская ее в комнату.
Глава 10
— Микаэла, детка, от тебя многого не требуется. Просто посиди прямо на лошади хотя бы пять минут! — держалась изо всех сил Саша, чтобы не накричать на меня.
В день праздника Мурона остров устраивает пышный парад, где королевская семья, под бурные овации и летящий в нос серпантин, должна прошествовать через весь город, улыбаясь и махая ручкой. Обычно король или королева, или они оба едут в карете, возглавляя шествие, а их дети тянутся дальше на породистых лошадях, а в конце уже плетутся дорогие машины с телохранителями и съемочная группа. В нашем случае, когда правителей еще нет, все дружненько садятся на лошадей и едут по поставленному маршруту.
Залезать правильно на лошадь я уже умела, а вот куда-то ее направить — это было проблематично. Саша заставила меня встать пораньше, чтобы как следует потренироваться перед парадом. Она боится признать, что я завалю весь их праздник на такой торжественной ноте. Но должна согласиться, упасть с лошади последи всего города, да еще и на камеру — не лучшее, что можно придумать для наследной принцессы.