– Ну и что, если она узнает? Что, если она такая же извращенка, как и ее муженек? – спросила Дженн, встав на сторону Хендрикса.
– Нет, этому я не верю. Я хорошо знал ее. И Грейс никак не могла участвовать в этом грязном деле.
– Но что, если она все-таки сдалась и помирилась с Ломбардом? И для нее теперь престиж и власть дороже, чем истина? Ты просто попадешь в ловушку.
– Возможно, так и есть, но мой отец всегда говорил, что она – самый основательный человек, которого он когда-либо встречал в политических кругах.
– Господи Иисусе, – проворчал Хендрикс. – Неужели ты и в самом деле собираешься поставить свою жизнь против частного мнения двенадцатилетней давности? Причем мнения человека, который подвел собственного босса? Только без обид!
– Слушайте, может быть, вы и правы, – сказал Гибсон. – Наверное, это глупая идея. Но если так, тогда у нас нет никаких шансов. И значит, нужно просто бежать. Однако если мы сейчас сбежим, то придется скрываться всю оставшуюся жизнь. Вот это, по-моему, точно глупая идея.
Это всех сразу успокоило. Да, план выглядел ужасным, но у них действительно не было выбора.
Хендрикс захихикал:
– Черт бы тебя побрал, Гибсон! Мне нравится то, каким ты стал в итоге!
В этот момент зазвонил телефон. Все трое замерли и молча уставились на него. Было невыносимо трудно слушать этот звонок, но так они заранее договорились. Через некоторое время телефон загудел, возвещая о том, что поступило сообщение голосовой почты.
Дженн взяла телефон и выслушала сообщение. Закончив, она захлопнула крышку и посмотрела на них:
– Пора…
Глава 44
Дениза Гринспен стояла на углу улицы. Вид у нее был взволнованный. Свой телефон она проверяла каждые тридцать секунд. А на той же улице, только немного дальше, Гибсон наблюдал за ней из кафе, жалея, что Хендрикс все-таки не отговорил его от этой затеи.
– Если за ней будет хвост, значит, не такие уж они идиоты, – услышал он голос Дженн в наушнике. Она притаилась на соседней крыше, что давало ей возможность отслеживать ситуацию в обоих направлениях.
– Звучит весьма обнадеживающе.
– Не помню, чтобы я говорила о чем-то «обнадеживающем», когда ты предложил этот сумасшедший план.
– Я полагал, что это подразумевалось.
– Подразумевалось? Хорошо. Что ж, средняя продолжительность жизни белого американца составляет семьдесят шесть и две десятых года. Поэтому из чисто статистических соображений у тебя, вероятнее всего, все будет хорошо.
– Как предсказательница ты никуда не годишься…
– Послушай, если это имеет какое-нибудь значение, я думаю, что ты чертовски хорошо разбираешься в человеческих характерах. Просто я надеюсь, что миссис Ломбард все еще та женщина, которую ты помнишь.
В наушнике наступила долгая пауза.
– Что-нибудь на прощание? – спросила Дженн.
Но ему ничего не лезло в голову. Гибсон швырнул наушник в мусорную корзину – так или иначе, он все равно не собирался заходить с ним в отель – и вышел на улицу. «Пора привыкать к легкому ветерку», – подумал Вон. Переходя улицу, он посмотрел на Дженн, чтобы незаметно кивнуть ей, но она уже скрылась.
Дениза Гринспен напряглась, когда он приблизился к ней.
– Вы – тот парень из ресторана. Вы сидели рядом со мной!
– Сожалею, – ответил он.
– Но как вам удалось раздобыть мой пароль?
– Вы сидите на одном и том же месте. Каждый день. Я сделал видеозапись.
– Ерунда какая-то… Неужели вы думаете, что я вам поверю?
– Я бы на вашем месте не поверил.
Она скривила губы.
– А что у вас с шеей?
– Да так… кое-кто пытался меня повесить.
– Поделом мне. Нечего было спрашивать… Ладно, валяйте дальше.
Гематома вокруг горла немного потускнела, а борода уже стала намного гуще и скрывала наиболее жуткие следы. Но Гибсон все равно поднял воротник и поправил галстук.
– А мы точно здесь одни? – спросил он, пытаясь разгадать ее намерения.
– Что?.. Да, мы одни, Глубокая Глотка[27]. Вы ведь сами проинструктировали меня относительно всего. Но позвольте мне вам заявить, что я навела о вас справки. Я знаю, что вы натворили. И что пытались сделать. Поэтому послушайте, если вы пришли сюда, чтобы связаться с миссис Ломбард. Если разгорится скандал и если тот снимок Сюзанны будет пропущен через «Фотошоп», а вы причините Грейс боль или воспользуетесь ее доброжелательностью, я вскипячу воды, свяжу вас и залью кипяток в вашу лживую глотку. Надеюсь, я внятно выражаюсь?
– Очень ярко и убедительно, – сказал Гибсон. – Да, конечно. Но не волнуйтесь, все будет хорошо. Я вам обещаю.
27
Кличка источника информации, использовавшегося журналистами Р. Вудвордом и К. Бернстайном в расследовании Уотергейтского скандала. Личность источника информации была раскрыта только в мае 2005 г., когда бывший заместитель директора ФБР У. М. Фелт сделал заявление, что он и является «Глубокой Глоткой», а Вудворд подтвердил это.