Внезапно Восковой Человек закрыл ноутбук, сунул его в рюкзак и стремительно направился на улицу.
– Куда, черт побери, он пошел? – спросила Дженн.
– Может, мы его спугнули?
– Не думаю, – возразила она. – Хендрикс, он повернет за угол и пойдет в твою сторону через три… две… одну…
Хендрикс тут же подтвердил:
– Я его засек. Ох, ты!.. Теперь я понял, что ты имела в виду. Это нехороший парень. Садится в «Форд» последней модели. Завел его… и-и-и… и уезжает.
– Проклятье! – выругалась Дженн.
– Ладно, я записал модель и номера, – сообщил Хендрикс. – Но если это был наш парень, тогда – да, теперь он никуда не денется.
– А если это не он? – подал голос Гибсон.
– Тогда ему просто срочно куда-то понадобилось.
– Направимся за ним?
– Нет, – отрезала Дженн. – Сейчас не стоит. Установим за ним наблюдение. Допустим, что это не тот, кого мы ищем. У нас теперь на него достаточно информации. Так что вернемся к нему позже, если потребуется.
После этого все трое вновь погрузились в сосредоточенное ожидание, известное в их профессии под названием «мучительная скука». До четырех часов в парке по-прежнему было многолюдно, но ничего нового не происходило. В течение получаса никто из новеньких не пытался зайти в сеть через вай-фай со своего ноутбука или прервать связь с системой. Гибсон насчитал четырнадцать человек, которые по-прежнему оставались в библиотечной сети, – девять снаружи и пятеро в самой библиотеке. Из тех, кто находился на улице, четверо зашли в сеть вай-фай со своих планшетов – две белые женщины, белый мужчина лет двадцати и седовласый афроамериканец, которому, скорее всего, было под восемьдесят. Оставшиеся пятеро пользователей были с ноутбуками и тоже представляли собой смесь из представителей обоих полов и разных национальностей. Правда, трое все-таки вызывали определенный интерес.
Первым был коренастый, крепко сложенный белый мужчина лет сорока по имени Кирби Тейт, судя по информации из компьютера. Его ничем не примечательное лицо казалось непропорциональным по отношению к широченным плечам и мощной груди. Казалось, будто кто-то в «Фотошопе» приделал к телу взрослого мужчины голову ребенка. Результат оказался не очень привлекательным, но мужчину явно устраивал производимый им эффект. Иначе как объяснить, что на нем были обтягивающие шорты цвета хаки и такая же облегающая майка-«алкоголичка»[19], судя по всему, меньше на несколько размеров, чем нужно. Гибсон знал подобный тип людей – служил с ними в армии. Такие парни наденут «алкоголичку» даже в снегопад.
Тейт сидел за столиком у фонтана. Он то пристально всматривался в монитор, то начинал так же внимательно рассматривать загоравших на одеялах девушек. И даже солнечные очки на лице не могли скрыть восхищение, с которым он следил за движениями юных красоток.
Вторым из тех, кто представлял интерес, был сорокалетний испанец Дэниел Эспиноза. Лысеющий, с седыми висками, он вполне подходил по возрасту, однако известно, что педофилы стараются выбирать себе жертв в пределах своих этнических групп. Это не снимало с него подозрений, но и считаться лидером в списке «плохих парней» он тоже не мог. У него было открытое дружелюбное лицо, и сейчас он о чем-то оживленно болтал с парой, сидевшей с ним за одним столиком.
Третьего мужчину звали Лоуренс Кенней. Его запыленные шорты, потная майка и зачес, закрывавший лысину, казалось, были тщательно выбраны в одном супермаркете. Набирая что-то на своем ноутбуке, этот человек выглядел типичным бухгалтером, однако чем-то он Гибсону сразу не понравился. Вон и сам не смог бы точно сказать, чем и почему. Возможно, потому, что «бухгалтер» сидел среди людей, но совершенно отстраненно от них. Когда одна из женщин с детской коляской прошла мимо «бухгалтера», тот ощутимо напрягся. Он смотрел ей вслед и сверлил ее спину таким взглядом, что у Гибсона даже волосы на руках зашевелились. Интересно, можно ли квалифицировать гусиную кожу как доказательство, что преступник находится в Пенсильвании?
Остается только надеяться, что Риллинг сможет быстро всех проверить и пришлет подробный отчет о каждом. А до тех пор придется полагаться на старомодные полицейские методы и собственную интуицию.
Дженн и Хендрикс обсуждали тех, кто попал в их поле зрения, и старались отсеять лишних. Слушая их, Гибсон понял две вещи. Первое: они хорошо знали, о чем говорят. Второе: ему это было неизвестно, поэтому вскоре он утратил возможность следить за их разговором. Его знания о серийных преступниках ограничивались главным образом сюжетом фильма «Молчание ягнят» и романами Патрисии Корнуэлл. Он хорошо разбирался лишь в компьютерах и людях, которые ими пользуются. Интересно, можно ли дать характеристику хакеру по той же методике, по которой определяются убийцы и насильники? Если экстраполировать этот метод на электронную сигнатуру хакера, взломавшего серверы АКГ, на кого это может вывести?