Они отъехали от «Пицца-Палаццо», а я направился домой. По пути позвонил Робин и спросил, не купить ли мне чего-нибудь на ужин.
— Я тебя опередила, — ответила она. — Купила ростбиф.
— И по какому поводу?
— По поводу того, что мне попался ростбиф. Я подумала, что можно пригласить Майло и Рика. Если, конечно, Рик свободен, что бывает редко.
— У тебя гостеприимное настроение?
— У меня есть платье для приема гостей, шейкер для мартини и достаточно говядины, чтобы накормить восьмерых — так что Майло голодным не останется. Мне это пришло в голову, когда он позвонил тебе сегодня утром. Я уже сто лет с ним не общалась, а их обоих мы не видели в нерабочей обстановке еще дольше.
— Хорошая мысль, — отозвался я, — но Майло сегодня занят наблюдением.
— А, ясно… И с какого часа?
— После наступления темноты.
— Тогда давайте поужинаем пораньше.
— Ты нормально себя чувствуешь?
— А что?
— У тебя какой-то странный приступ общительности.
— Я живу слишком замкнуто, милый. Ты куда-то ходишь, встречаешься с людьми. А я разговариваю с Бланш и кусками дерева.
— Я позвоню Майло.
— Я сама позвоню. Ему будет трудно отказать мне.
Для обоих приглашенных это был приятный сюрприз.
У доктора Рика Сильвермена как раз закончилось дежурство в больнице.
— Красное мясо? — уточнил Майло. — Общественная безопасность подождет.
Рик прибыл первым; он был одет в шелковую рубашку цвета красного дерева, отутюженные джинсы и низкие туфли с сетчатым верхом. В руках у него был огромный букет орхидей для Робин. Его серебристые волосы отросли длиннее обычного, тонкие усы были подбриты с хирургической точностью.
Робин взяла цветы и поцеловала его. Бланш потерлась головой о его джинсы. Рик опустился на одно колено и погладил собаку.
— Ты прекрасна. Можно, я заберу ее к себе домой на ответную вечеринку?
— Я люблю тебя, Ричард, — ответила Робин. — Но не настолько.
Он еще немного поиграл с Бланш, взирая на ростбиф, шкворчащий на сковороде.
— Пахнет великолепно; хорошо, что я взял лишнюю дозу «Липитора»[21]. Тебе помочь с чем-нибудь?
— Тут не с чем помогать. «Манхэттен» со льдом, добавить «Мэйкерс Марк», красный вермут, немного апельсинового биттера, без хереса, верно?
— Впечатляет, — произнес Рик. — Не то чтобы это было способно отвлечь меня от такой компаньонки. — Он уселся, и Бланш устроилась у его ног; свесив длинную руку вниз, Рик чуткими пальцами почесывал ее брыла. — Здоровяк будет здесь с минуты на минуту.
— Он звонил полчаса назад, — отозвалась Робин. — Сказал, что ему позвонили из Центрального управления и что если он не сможет добраться, то сообщит. С тех пор от него ничего не слышно.
— Центральное управление? Опять…
— Что опять?
— Новый начальник — ужасный зануда. Майло к этому никак не привыкнет. Это, пожалуй, лучше, чем было прежде, но личное внимание к делам — палка о двух концах. Верно, Алекс?
— Работа под давлением, — ответил я.
— Вот именно.
Рик позвонил на мобильник Майло, попал на автоответчик, но не стал оставлять сообщение.
Робин принесла ему коктейль и повернулась ко мне:
— Тебе «Чивас», солнце мое?
— Спасибо.
Пока она наливала мне виски, Рик со своим «Манхэттеном» отошел к кухонному окну, глядя на деревья и в небо.
— Я уже забыл, как здесь красиво. — Он сделал глоток. — Похоже, это болотное дельце нескоро получит завершение, да, Алекс?
Я кивнул.
— Ужасно, — продолжал Рик. — Несчастные женщины… Хотя я мыслю эгоистично, даже нарциссически до отвращения. Меня пригласили произнести речь на сборище бывших студентов, и я подумал, что мы оба могли бы отправиться туда, а после скататься в Новую Англию. Майло никогда там не был.
— Начальные курсы в Брауне или медицинский колледж в Йельском универе? — спросила Робин.
— В Йеле. — Он рассмеялся. — Ладно, невелика важность, такие сборища всегда ужасно скучные.
Хлопнула входная дверь, и хриплый голос прорычал:
— Я чую плоть!
Майло протопал в кухню, обнял всех по очереди и вобрал в легкие, казалось, весь воздух в помещении. На лице Рика отразилось облегчение.
За три минуты Майло выпил весь сок из холодильника, прикончил пиво, осмотрел ростбиф, как будто это была важная улика, обмакнул палец в соусницу, стоящую на стойке и попробовал на вкус.
— О, это должно быть круто… Что у нас в плане винишка?
Мы вчетвером жадно прикончили мясо и заполировали его бутылкой новозеландского «Пино».