Слегка оттаяв, чему, несомненно, способствовал спринтерский бросок к свободе, я собрался с мыслями и повернул в направлении «Хрустального феникса». Мой все еще обледенелый хвост звенел по асфальту, когда я мчался, чтобы в очередной раз спасти любимый отель от посягательств дьявольских сил — как всегда, в одиночку, без этой надоедливой Икорки на хвосте.
Порой цель оправдывает средства, даже если средства ставят под удар мою личную жизнь.
Пригибаясь, проскальзывая и прячась, я проник внутрь отеля и доверился своему инстинкту. Инстинкт привел меня прямиком в подвал.
Некоторые могут подумать, что моя природная склонность к подвалам не доведет до добра. В самом деле, в одном из предыдущих приключений в подвале мне едва не пришлось окончить дни в брезентовом мешке. Но то был всего лишь незначительный подвальчишко в старом доме — достаточно жуткий и сырой, однако, все же не стоящий внимания Сесила Б. Де Милля[102].
В подвальном помещении имело место и последнее рандеву с Божественной Иветтой, среброкудрой персиянкой, цепко держащей мое сердце в своих наманикюренных коготках. В том же самом подвале «Голиафа» я прижал к ногтю серийного убийцу стриптизерок и спас тем самым другую мою куколку, мисс Темпл Барр, от участи, быть может, худшей, чем смерть. Наманикюренные коготки мисс Темпл Барр — тоже не кот чихнул, и я говорю это на основании собственного опыта, или, по крайней мере, на основании пристального рассматривания.
Так или иначе, если некто на раздвоенных копытах замышляет нечто ужасное сегодня вечером, я подозреваю, что его адское варево готовится как раз в недрах подвала — под сценой, пока сотни невинных зрителей наверху беспечно увлечены изысканными номерами, разыгрывающимися на сцене. Я никогда не имел чести видеть шоу «Гридирона», но уверен, что все, к чему приложила руку мисс Темпл Барр, должно являться образцом хорошего вкуса и чистейшей прелести. Возможно, именно поэтому я услышал громовые раскаты хохота, доносившиеся до меня сверху.
А еще я услышал топот стада слонов. Я нырнул под вешалку с костюмами, стоящую в коридоре, как раз вовремя, чтобы не быть затоптанным шестнадцатью парами серебряных башмачков, грохочущих по лестнице с неимоверным шумом. Хуже всего были визгливые голоса и смех хористок-любительниц, сопровождавшие топот их ножек. Кое-кто мог бы, грешным делом, возмечтать, чтобы перила снова рухнули.
Я выждал и скользнул дальше по коридору, держа нос по ветру. Если что-то, кроме сумасшедшего дома имени Басби Беркли, имеет тут место, я сразу увижу это или узнаю по запаху.
Ну и ну, я обнаружил запах грязи! Интересная находка для закрытого внутреннего помещения отеля, в котором даже невинная пыль является врагом номер один. Это был запах свежей земли, натуральной земли, а не песчаников, обычных там, наверху. Их еще иногда можно спутать с жалким содержимым кошачьего туалета в ванной мисс Темпл Барр, которое я, к счастью, так ни разу и не потрудился осквернить. Песчаники жесткие, сухие, почти без запаха, а это была настоящая вещь, насыщенная, точно колумбийский кофе с его землистым ароматом. Фактически, она напомнила мне о том, что я не в состоянии действовать в соответствии с планом, пока не схожу… впрочем, не будем вдаваться в подробности.
Что ж, ничего не поделаешь, закаленный в боях оперативник не станет отступать от задуманного по причинам санитарно-гигиенического характера. Я последовал дальше, ведомый запахом, прилагая весь свой опыт и все свои способности, чтобы не упустить кончик нити.
Он вел меня мимо гримерок, охваченных коллективной панической атакой, сопутствующей премьере. Я игнорировал облака пудры и тошнотворный запах дезодоранта для подмышек, который весьма редко работает. Почему эти двуногие ничему не учатся? Запах — это прекрасно. Запах не имеет цены. Запах отличает семейство человекообразных…
Мой нос был так низко опущен к земле, в смысле, к бетону, что я влепился прямо лбом в металлическую раму. От удара я опрокинулся назад и сел на хвост. Возможно, я даже на мгновение потерял сознание, потому что, сфокусировав взгляд, обнаружил, что у меня двоится в глазах.
102
Сесил Блаунт де Милль — американский кинорежиссер, создатель зрелищных фильмов с большими батальными сценами и роскошными интерьерами.