– Да, это наш общий печальный удел, если снегопад продлится еще немного, – согласился Сильвестр. – Ежели у миссис Скелинг не отыщется для нас колоды карт, то нам придется придумывать шарады или что-нибудь в этом роде. Хочешь почитать «Рыцаря Сент-Джона»?[40] Роман вышел лишь в прошлом году и принадлежит перу того же самого автора, что написала и «Венгерские братья». Сейчас я тебе его принесу.
Том не отличался особой любовью к чтению, но, когда Сильвестр, вручая ему последнее творение мисс Портер, сказал: «Он понравился мне меньше “Венгерских братьев”, однако тем не менее сюжет у него забавный и занимательный», – юноша сообразил, что ему достался не скучный исторический труд, как он опасался вначале, а роман, поэтому испытал нешуточное облегчение. Том принял книгу, рассыпавшись в благодарностях, а потом, после некоторой заминки, отважился поинтересоваться у Сильвестра, много ли тот читает.
– Все, что попадается мне на глаза. А почему ты спрашиваешь?
– О, просто так! – ответил Том. – Я почему-то думал, что вы не любитель чтения.
Сильвестр удивился, но спустя мгновение заметил:
– Ты, очевидно, решил, что если моя мать поэтесса, то и сам я увлекаюсь стихосложением? Нет, ничего подобного!
– А она действительно сочиняет стихи? – с благоговейным трепетом осведомился Том.
– Да, действительно. И уверяю тебя, при этом отнюдь не выказывает презрения к романам! Иногда мне кажется, она покупает подряд все, что выходит из печати. Видишь ли, она инвалид, поэтому чтение доставляет ей большую радость и утешение.
– Вот как! – пробормотал Том.
– А сейчас мне надо взглянуть на своих лошадей, – извинился Сильвестр. – Полагаю, мисс Марлоу скорее всего уже в конюшне и ставит примочки на коленное сухожилие своему жеребцу. Надеюсь, я не вызову ее неудовольствия столь запоздалым появлением!
Герцог ушел, намереваясь переодеться. Поручив Кигли заботам миссис Скелинг, его светлость спустился во двор, дабы присоединиться к Фебе. По-прежнему шел сильный снег, но в конюшне горела жаровня, и Феба, развернув Тру в стойле и сняв с него попону, яростно чистила коня скребком.
– Доброе утро! – поздоровался с ней Сильвестр, сбросил сюртук и принялся закатывать рукава. – Давайте я сам этим займусь, мисс Марлоу. Как его сухожилие?
– Мне кажется, лучше. Я только что поставила на него очередную примочку. Но Тому не понравится, если я позволю вам чистить лошадь.
– В таком случае ничего не говорите ему, – посоветовал Сильвестр и отобрал у нее скребок. – Или он полагает, что эта задача мне не по силам?
– Нет, дело совсем не в том! Просто он проникся огромным уважением к вашему титулу и, пожалуй, сочтет столь презренное занятие неподобающим для вас! Но в целом он совсем не глуп, уверяю вас!
Улыбка, сопровождавшая эту ремарку, была столь лукавой и заразительной, что Сильвестр не выдержал и рассмеялся. Феба уже намеревалась взяться вычесывать Трасти, но тут Сильвестр обратил внимание девушки на то, что ее юбка усеяна конским волосом. Он посоветовал ей переодеться, а то платье, что сейчас на ней, отдать Алисе, однако Феба ответила: ее единственное запасное платье сшито из муслина, и она боится, что попросту замерзнет в нем до смерти.
– Кроме того, – добавила девушка, – Алиса ушла к старому мистеру Шепу, чтобы сообщить ему, что нам нужна его свинья. Собственно, это еще не взрослая свинья, а поросенок, так что, не исключено, мистер Шеп не согласится продать ее.
– А почему нет?
– Потому что позже он сможет выручить за нее больше, вот почему. Кроме того, он может и кукситься.
– Он может что?
Она перестала собирать короткие волоски с юбки, подняла голову и лукаво улыбнулась.
– Думаю, это означает дурное настроение! Но я верю в Алису: она – храбрая девушка и непременно добудет нам того поросенка!
– Вы с ней очень похожи, поэтому обязательно найдете общий язык, – заметил герцог, разворачивая Тру в стойле и снимая с него вторую попону.
При этих словах герцога Феба вновь подняла голову, а потом склонила ее к плечу, вопросительно глядя на него.
– Вы хотите сказать, будто полагаете меня храброй? О, вы ошибаетесь!
– Неужели? В таком случае, быть может, мне следует назвать вас «неустрашимой»?
Она, вздохнув, произнесла:
– Ваши бы слова да Богу в уши! Увы, на самом деле я ужасная трусиха.
– А вот ваш отец придерживается иного мнения о вас.
– Я не боюсь преград.
– Чего же вы боитесь, в таком случае?
– Людей… некоторых людей! А еще я боюсь… стать жертвой недоброжелательности или злобы.
Слегка нахмурившись, герцог взглянул на Фебу; но, прежде чем он попросил ее объяснить, что она имеет в виду, их прервала Алиса, которая вошла в конюшню и затопала ногами, отряхивая налипший на обувь снег. За ней появился древний старик, во рту которого уцелело всего несколько зубов, зато глаза его оставались хитрыми и плутовскими. Сего индивидуума Алиса представила как старую и гадкую аскариду, которая не желает продавать свою свинью, пока доподлинно не убедится в том, что животное будет съедено именно герцогом, а не каким-нибудь пройдохой-самозванцем, самочинно присвоившим себе столь громкий титул.
40
«Рыцарь Сент-Джона» – роман английской поэтессы и романистки Энн Мэри Портер (1780–1832), сестры знаменитой писательницы Джейн Портер.