13…догматов… — У автора: догматов, а надо: догматов. См. пояснение 10.
14…я в *** армейский гусарский полк, а Павлуша в один из пехотных армейских полков. — «Звездочки» означают военную тайну. «Три звездочки» — совершенно секретно. Номер своего полка юнкер Прутков не мог огласить даже в отставке. Почему Козьма стал гусаром? Как врожденный эстет, он не был равнодушен к покрою и отделке военной формы, а у гусар она отличалась чрезвычайной нарядностью. Кроме того, у гусара был конь. Позже в одном из своих афоризмов Козьма Петрович заметит: «Хочешь быть красивым, поступи в гусары». А Павлуша, видно, внимания на это не обращал — вот и остался пехотинцем.
15 Женившись на двадцать пятом году жизни… — Избранницей Козьмы стала девица Антонида Платоновна Проклеветантова.
Любил ли он ее?
По всей вероятности, да. Однако со временем его чувство претерпело известную эволюцию — если судить по афоризмам, посвященным любви.
Вначале возникло романтическое увлечение, темпераментно изложенное шестистопным ямбом:
Потом — здравое утверждение, отнюдь не лишенное поэтического шика:
Пробка шампанского с шумом взлетевшая и столь же мгновенно ниспадающая, — вот изрядная картина любви.
Следом обнаружилось проницательное наблюдение любителя азартных игр:
Девицы вообще подобны шашкам: не всякой удается, но всякой желается попасть в дамки.
Эту сентенцию поддержало не менее игривое замечание острослова XVIII века:
И в самых пустых головах любовь нередко преострые выдумки рождает.
И, наконец, все увенчала жизненная мудрость:
Светский человек бьет на остроумие и, забывая ум, умерщвляет чувства.
Тем не менее надо думать, что с возрастом чувства Козьмы Петровича не иссякли, а напротив — предметов, их возбуждающих, только прибавилось. По неизвестным для нас причинам (скажем, из опасения вызвать ревность несравненной Антониды Платоновны) автор не поместил в «Полное собрание сочинений» чисто прутковское стихотворение «Простуда», обращенное по-юношески пылким шестидесятилетним лириком к некой Юлии. Ее силуэт, когда-то мелькнувший в окне, по-видимому, заставил поэта в холодную пору раздетым выбежать из дома. Ему некогда было кутаться в альмавиву — Юлия могла ускользнуть. А в споре между испанским плащом и дамой неизбежно побеждает амур. Спустя годы это впечатление воплотилось в слове.
Восполняя образовавшийся пробел, приводим упомянутые стихи.
ПРОСТУДА
Не лишне пояснить, что «папье-файяр — пластырь д-ра Файяра, употреблявшийся от простуды, ревматизма и пр.; считалось, что он самостоятельно отпадает по выздоровлении больного, а до того снимать его нельзя»[105]. Отсюда следует, что поэт успел состариться с тех пор, как увидел Юлию: значит, он увидел ее еще молодым; значит, еще тогда он подхватил свой ревматизм и пронес его через годы, ибо папье-файяр, увы, никак не отпадал…
16…одним влиятельным лицом… — Предположительно Владимиром Михайловичем Жемчужниковым — самым заботливым опекуном Козьмы Пруткова.
17…начальника Пробирной Палатки… — Этот комментарий посвящен статусу Пробирной Палатки и ее директора. Передаем слово дореволюционному экономисту и финансисту А. Н. Гурьеву. По просьбе исследователя П. Н. Беркова он объяснил ту роль, которую Пробирная Палатка и ее директор играли в системе Министерства финансов. По-видимому, Берков удивился тому, как мог «дурак» заведовать департаментом: нет ли тут натяжки со стороны опекунов? Но суть в том, что Прутков заведовал не департаментом, а всего лишь Палаткой, входившей в департамент горных и соляных дел Министерства финансов.