— Без десяти двенадцать, — Роберт-пилот взглянул на светящийся фосфором циферблат наручных часов. — Если слегка отвлечься от реальности… Удачное, я вам скажу, место для встречи с агентурой. Летающую контрразведку пока еще не изобрели. Снимаю шлем!
Шлем, летные очки, равно как и все прочее, герой снимать, естественно, и не пытался. Комбинезоны оказались с подогревом — маленький переключатель слева на поясе, но холод все равно пронимал до костей. Внизу — почти четыре километра, даже подумать страшно.
— Почему сразу — с агентурой? — удивился Марек. — А вдруг у меня свидание с прекрасной синеглазой девушкой, которая летает на эфирном корабле и поет марсианские песни?
Спаситель Галактики негромко рассмеялся:
— Нет, такое в отчете писать нельзя, лечиться отправят… Ладно, Марек, рискну, оставлю вас тут, только до рассвета не забудьте вернуться. И не вздумайте выключать аппарат, мигом унесет. А я в ангар, стану собираться, завтра с утра — взлет. Может, все-таки забрать вас с дочерью? Я не стану вас вербовать, Марек, незачем. Но один вы ничего не сможете. Сами погибнете — и семью не защитите. Вы точно решили остаться? Не передумали?
Пилот-испытатель понимал, что это было бы самым разумным. Кого он здесь ждет — и дождется? Ильзу — или Черного клоуна? Если бы Роберт мог хотя бы денек повременить!
Порыв ледяного ветра ударил в лицо, зыбкая твердь под подошвами дрогнула, заходила ходуном.
— Остаться не могу, — понял его Капитан Астероид. — О наших полетах, уверен, уже доложили в Берлин, а дня через три узнает и Муссолини. Итальянцы — ребята честные, но мой давний знакомец Антонио Строцци разговорит их с ходу, легким касанием.
Марек не стал спорить. Пусть и так. А все равно, хорошо вышло!
Чезаре и Джакомо они доставили почти к самому палаточному лагерю. Это оказалось не слишком сложно, пристегнутый ремнями «пассажир» сразу терял вес, подхваченный неведомой энергией рюкзака-«блина». Труднее было остановить бурный поток красноречия — спасенным очень хотелось найти нужные слова. В кармане комбинезона лежал серебряный нательный крест — подарок Джакомо-полиглота. Отказаться Марек не смог.
Итальянцы в единый голос обещали молчать о небесных гостях. Чезаре даже сложил легенду о героическом «дюльфере» — прямо от Красного Зеркала к самому подножию.
— Lungo la corda, signore! Очьень! Ну совсем очьень длинная вере-вика! Molto, molto lunga corda! Lunghezza!..[87]
Ребят, конечно, заставят говорить. И пустят гончих по следу. Черный клоун окажется в хорошей компании.
И ладно!
…Из-под осколков выбрался Крабат и зашагал по земле. С тех пор он среди людей и делает то, что велит ему совесть.
Мать-Тьма смотрела в глаза. Холод и ветер мешали вздохнуть. Белый снег на каменном клыке равнодушно отблескивал в неярком свете звезд. Метеор, сын Небесного Камня, остался один на самом темечке Огра-людоеда.
Он ждал — и дождался. Светящиеся фосфором стрелки еще не успели сойтись на цифре «12», когда тьму рассекла беззаконная белая молния. Пронеслась над каменным острием, зависла на миг — и ударила в пустоту прямо перед его лицом.
— Здравствуй, Отомар! — улыбнулась Вероника Оршич. — Я знала, что ты не опоздаешь!
Глава 10
ПРИЗРАК
Разговор о «Черном обществе», чаще именуемом «Триадами», состоялся за два года до отъезда из Шанхая и за полтора до того, как Марек встретил ЕЕ. Поводом стало очередное поручение работодателя. Желтому Сандалу, еще не носившему столь сомнительное звание, предстояло встретиться с настоящим Желтым Сандалом, офицером по связям одного из тайных обществ с неброским названием «12 К». Марек мог лишь подозревать, что связывало скромного мистера Мото с китайскими разбойниками, на дух не переносившими сынов Ямато. Впрочем, его работодатель был очень странным японцем, что, вероятно, учли в «12 К». Миссия казалась на первый взгляд несложной. Требовалось вручить деревянный ларец с письмом — и выслушать собеседника, ежели таковому приспичит поговорить.
Приспичило. Сколь Марек, в китайских церемониях весьма поднаторевший, ни был вежлив, Желтый Сандал, молодой парень, годами его слегка старше, что-то почувствовал. Отставив в сторону чашечку с чаем (желтым!), офицер по связям общества «12 К» на неплохом немецком сжато и весьма понятно объяснил собеседнику, что тот попал вовсе не в разбойничий вертеп. Европейцы («заморские дьяволы» из вежливости помянуты не были) действительно в подобном уверены, но для них и ихэтуани, великие борцы за гармонию и справедливость, всего лишь «боксеры». А это далеко не так. И даже совсем не так.