— Невозможно и подумать об этом! Это безумие! Только сегодня утром Филипп проявил ко мне чрезвычайную любезность.
— Не доверяйте Филиппу, магистр. Его двоедушие известно всем и каждому. Мне было бы гораздо спокойнее, если бы король не выказывал подобного расположения, — возразил командор Антиохии.
— Разумеется, мы переживаем не лучшие времена, однако я почитаю лжепророками всех тех, кто предрекает всяческие катастрофы.
— Возможно, вы и правы, однако было бы нелишним принять некоторые меры предосторожности, — настаивал сенешаль.
— Вот именно о мерах предосторожности я и собирался с вами поговорить. Не желаете ли отведать сладкого кипрского вина? Уверяю вас, это просто нектар, достойный истинных ценителей.
Жак де Моле пользовался славой аскета, так что его сотоварищи изумились такому предложению. Магистр извлек из небольшого сундучка, стоявшего на стенной полке, пузатый сосуд из глазурованной глины и три плошки из того же материала, наполнил их до краев и предложил рыцарям.
Сенешаль и командор убедились в том, что де Моле нисколько не преувеличивал, говоря о качестве напитка. Кипрское вино пользовалось заслуженной славой, как и виноград, доставляемый с этого острова.
— Любезный мой Этьен, известно ли тебе, отчего цвета нашего босеана — это белый и черный?
Сенешаль вздрогнул. Тот же самый вопрос магистр задавал ему много лет назад, вскоре после его назначения на важный пост, который он теперь занимал. Ведь в иерархии ордена сенешаль — это вторая фигура. Теперь ему стала ясна главная причина, по которой Жак де Моле призвал их к себе в кабинет.
Командора этот вопрос немало удивил. Он знал, насколько рыцари ценили свой черно-белый стяг, насколько велика честь держать его на поле брани, знал и о строгости дисциплины в отношении босеана, и о жестокости наказаний, ожидавших его носителя в случае неисполнения положенных ритуалов. Ему было известно, что рыцари не вступали в битву, пока их штандарт не был развернут, и что никому ни в коем случае не дозволялось покидать поле боя, пока босеан реял в небе. Он слышал много историй о подвигах, совершенных на протяжении почти двух веков существования ордена. Рыцари сражались насмерть, защищая свой штандарт. Однако командор Антиохии никогда не задумывался о том, почему его цвета — это белый и черный.
— Мне это неизвестно, господин. Я знаю, что правила в отношении стяга очень строги, поскольку он символизирует наш орден.
— Именно так. Босеан — символ нашего ордена, устройство которого является куда более сложным, чем это представляется внешним взорам.
— Что вы сказали, мой господин?
— Я имел в виду, что на самом деле мы представляем два ордена. Один из них скрыт внутри другого.
— Я не понимаю вас, магистр.
— Все очень просто. Наш орден велик и известен. Однако немногочисленная группа наших рыцарей образует внутреннее братство, про которое ничего не известно тем, кто в него не входит.
— Отчего вы мне это рассказываете?
— Потому что в силу твоих добродетелей ты достоин много большего, нежели недавно полученный тобою титул командора. Ты войдешь в это братство.
Магистр поднялся, достал из шкафчика Библию, устав ордена тамплиеров и положил их на стол.
— Хотя ты уже обязан хранить тайну, связан клятвой, данной при вступлении в орден, теперь тебе придется повторить ее, чтобы стать членом братства.
— Вы считаете, что я достоин такой чести?
— Я нисколько не сомневаюсь в твоих достоинствах. Но тебе надлежит знать, что вступление в братство — это не только высокая честь. Оно подразумевает и великую ответственность, которая ляжет на твои плечи. Если ты готов, то поклянись спасением своей души перед святыми Евангелиями и перед уставом ордена, который ты когда-то поклялся блюсти неукоснительно, что никогда, ни при каких условиях, ни при каких обстоятельствах не расскажешь о существовании братства, членом которого ты станешь.
Этьен де Ламюэтт возложил ладони на тексты и поклялся спасением своей души хранить тайну, которая будет ему открыта.
Магистр вернул книги в шкафчик и приступил к объяснению:
— Белый цвет нашего знамени символизирует орден тамплиеров, видимый взорам мира. Черный же цвет есть символ «Братства змеи», также известного как «Братство змееносца», чья миссия для нас куда более важна, чем что бы то ни было еще. С тех пор как орден Pauperes Commilitones Christi Templique Solomonici[8] был сотворен руками Бернара Клервоского, мы являемся хранителями тайны, которая и является истинной причиной нашего существования.
— Тайное братство?