К концу октября отряд насчитывал уже сто шестьдесят человек и был отлично вооружён: 3 пулемёта «ЦКМ»266, 22 «РКМ», 12 десятизарядных ружей267, несколько пистолетов-пулемётов, около 100 винтовок и несколько десятков килограммов взрывчатки, а также гранаты, большое количество боеприпасов, продовольственный и санитарный обоз, полевую кухню и конную разведку.
Когда отряд «Дрзаги» прибыл в окрестности Пшебраже, он насчитывал всего двадцать восемь человек и находился на стадии формирования. О его прибытии и будущих задачах меня проинформировал инспектор Армии Крайовой из Луцка, «Адам». В надлежащее время мне сообщили точную дату и маршрут, по которому должен был прибыть отряд.
На рассвете того дня я выехал верхом вместе с несколькими партизанами ему навстречу. Поздоровавшись и познакомившись с командиром, мы направились в сторону Пшебраже, где отряд должен был разместиться на первые несколько дней.
Поручик «Дрзага» произвёл на меня хорошее впечатление. Несмотря на молодой возраст, он отличался рассудительностью и решительностью.
Через несколько дней отряд «Дрзаги» выступил на новое место стоянки. Им оказался просторный заброшенный лесничий дом в окрестностях Хынина, расположенный примерно в восьми километрах от Пшебраже; неподалёку пролегала железнодорожная линия Киверцы — Ровно, а расстояние до Рафаловки составляло четыре километра.
Преимущества этого удобного места вскоре оценил полковник Прокопюк, чей отряд разместился по соседству с отрядом «Дрзаги».
После размещения отряда последовал его быстрый рост численности. Из Киверцов, из Луцка, из окрестных деревень, где ещё оставались некоторые выжившие, начали стекаться люди, готовые к борьбе. Вскоре «Дрзага» уже располагал ста двадцатью людьми.
В это время отряд энергично приступил к выполнению своих задач: диверсий на железнодорожных путях и защиты гражданского населения. Была установлена тесная связь с Пшебраже, Рафаловкой, а прежде всего с партизанами Прокопюка.
До ноября 1943 года совместно с советским отрядом «Дрзага» провёл множество важных и эффективных диверсионных операций; вместе они также наносили удары по отрядам УПА, приближавшимся к окрестностям Пшебраже. Во время осады нашего лагеря отряд «Дрзаги» выступал в качестве резервных сил.
Со временем «Адам» решил перебросить этот отряд на западный берег Стыра. Изначально его планировали направить в Засмыки268, в район сосредоточения 27-й дивизии АК269, но позже решение было изменено, и было решено, что его место дислокации будет находиться к северо-востоку от Владимира270.
В то время бандеровцы уже находились в обороне, и Пшебраже могло защищаться собственными силами.
Перед отходом на запад «Дрзага» отправился на последнюю встречу с советскими командирами для обсуждения совместной операции по взрыву железнодорожных мостов через Стыр в районе Божища271. Однако по дороге он был убит вместе с двумя товарищами: «Пятым» — врачом отряда, и «Слоном».
Командиром отряда теперь стал «Ольгерд» — Зигмунт Кульчнский272. Под его командованием партизаны благополучно пересекли Стыр и 20 ноября прибыли в район Засмыкова, разгромив по пути сильную банду УПА, которая как раз напала на центр самообороны в Панской долине273.
Вскоре отряд разделил судьбу значительной части 27-й дивизии АК, окружённой отступающими гитлеровскими войсками274.
Во время совещания у полковника Прокопюка было принято, в частности, решение активизировать борьбу с бандами. Мы решили нападать на них в их собственных логовах. Помимо конкретных военных успехов, такие вылазки всегда имели огромное психологическое значение. До сих пор безнаказанные шайки националистов на собственном опыте убеждались в коренных изменениях в соотношении сил. Подвергаясь внезапным ударам в районах, до сих пор не подвергавшихся угрозе, они теряли последние остатки боевого духа.
За несколько дней до совещания в Германовке в Пшебраже прибыл гонец от капитана Коваленко. Советский командир просил меня прибыть в Германовку для обсуждения очень важного вопроса.
Я отправил на эту встречу Альберта. Мой заместитель знал всех командиров в этом районе и успешно замещал меня во всех делах.
«Капитан Коваленко предлагает нам совместный поход в Словатичи», — заявил он по возвращении.
«На повстанцев?»
«Не только. Недавно в Словатичах дислоцировался крупный отряд власовцев275, которые до недавнего времени охраняли для немцев железнодорожные пути на участке линии Рожище276 — Киверцы. Однако, когда они узнали, что неподалёку в лесах находятся советские партизаны, весь отряд скрылся в лесах, «забыв» вернуть немцам оружие, боеприпасы и всё военное снаряжение. Так сложилось, что первым отрядом, с которым они столкнулись, оказались боевики УПА. Не колеблясь, они пошли с ними, полагая, что имеют дело с настоящими партизанами. Разумеется, боевики УПА пока не выводят их из заблуждения.»