«Что предлагает Коваленко?»
«Тихо окружить деревню и поговорить с «власовцами». Если они захотят перейти на нашу сторону, мы вместе нанесём удар по УПА. Если же им больше по душе бандитская жизнь, то они разделят судьбу своих покровителей.»
«Неплохая мысль. Но, во-первых, кто пойдёт вести переговоры с «власовцами», а во-вторых, что будет, если УПА уже нашла с ними общий язык?»
«Из Словатичей пришли двое жителей этой деревни. Они представились старыми коммунистами. Когда отряд власовцев пришёл в деревню, они незаметно ускользнули в лес и добрались до Германовки. Они охотно взяли бы на себя роль переговорщиков.»
«А не слишком ли охотно? Это вызывает подозрения! Что это за люди, что ты доверяешь им судьбу всего отряда?»
«Я знаю не больше твоего. Во всяком случае, партизаны им доверяют. Наверняка они знают их поближе, раз решили воспользоваться их помощью. К тому же, далеко бы они не ушли...»
Мы начали готовиться к походу. Василевский и Житкевич отправились к Коваленко, чтобы обсудить детали операции, а в лагере началась обычная суета. Чистили и проверяли оружие, раздавали дополнительные боеприпасы, готовили перевязочные материалы.
Нам вспоминались приготовления к походу на Тростянец и Омельно. Теперь нас ждала не менее тяжёлая задача. Деревня, расположенная в двадцати километрах от Пшебраже, наверняка таила в себе много неожиданностей. Особенно то, что мы слышали о подготовке и вооружении власовцев, могло оказаться для нас опасным, даже если мы застанем их врасплох.
В состав отряда Пшебраже вошли две роты под командованием Тадеуша Войницкого и Щепана Каминского, а также взвод отряда «Дрзаги», приведённый «Орликом»277.
Поздно вечером 27 октября 1943 года вся ударная группа выдвинулась к месту сбора в Выдранку. После окончательного согласования деталей и распределения задач оттуда выдвинулись в направлении Винцентовки на встречу с советским отрядом.
И снова, как и во время похода на Тростянец, нам сопутствовала ненастная погода: моросил холодный осенний дождь и дул порывистый ветер. Одежда была пропитана влагой, холод проникал до мозга костей.
Местом встречи были Творимерские хутора, полностью опустевшие в результате набегов банд в июне и июле.
В ожидании прибытия советского отряда мы здесь остановились, в заброшенных постройках семьи Крупских. Партизаны, укрываясь от назойливого дождя, втиснулись в жилище и плотно заполнили просторный сарай.
Через несколько минут советский отряд вошёл в посёлок. Произошли краткие приветствия, и командиры немедленно приступили к определению окончательного плана атаки.
Как следовало из рассказов двух жителей Словатичей, отряд УПА занимал восточную окраину деревни со стороны Пшебраже. Власовцы дислоцировались в школе, примерно в центре деревни. План был следующим:
- отряд капитана Коваленко обойдёт деревню с окружности и займёт позиции с запада;
- силы из Пшебраже займут восточную окраину Словатичей;
- вблизи главной дороги, у небольшого деревенского кладбища, будут развёрнуты усиленные дозоры;
- задачей сил из Пшебраже будет в назначенное время атаковать район кладбища, захватить его и дождаться результата переговоров;
- чуть раньше двое «переговорщиков» войдут в деревню, изложат власовцам ситуацию и попытаются склонить их перейти на сторону партизан.
Войницкий и Коваленко наклонились над часами и при тусклом свете лампы сверили время. Прозвучали тихие приказы. Оба отряда двинулись в путь.
Сначала партизаны шли быстрым, непринуждённым маршем. Пока им ещё не нужно было соблюдать тишину.
Тёмная безлунная ночь поглощала марширующую колонну. Лесная дорога, пролегающая среди мокрых деревьев и кустов, производила впечатление какого-то гигантского туннеля. Лишь силуэты идущих впереди товарищей указывали направление и давали ощущение безопасности в толпе.
Прошла полночь, когда колонна, ведомая двумя жителями Словатичей, вышла из леса. Деревня уже была неподалеку. Советский отряд теперь отделился от основной группы и свернул налево. Вместе с ними пошли проводники. Роты Пшебраже остались одни, полагаясь только на собственную ориентацию.