На расстоянии около десяти километров от Луцка, в селе Антоновка, был организован крупный центр самообороны, входивший в состав округа «Лан» в Луцке. Командиром центра был Анджей Малоха, псевдоним «Ендрек». Летом 1943 года Антоновка выдержала сильное нападение украинских националистов, которые атаковали превосходящими силами с юго-запада. Центр защищался очень отважно вплоть до прибытия подкрепления, которое прибыло из округа «Лан» под командованием поручика «Кра» — Вацлава Кописто. Только с наступлением сумерек банды отступили, понеся значительные потери. Контакты с Пшебраже поддерживала Антоновка через связного из этой деревни Чеслава Домбковского.
Пшебраже также поддерживало связь с более отдалёнными центрами самообороны. К ним относился, в частности, небольшой населённый пункт Панска-Долина, расположенный к северу от Пшебраже, на расстоянии около шестидесяти километров. Радиус действия этого центра был меньше, чем, например, у Рожища, и своей эффективной обороной от многократных нападений банд УПА он обязан прежде всего удачному топографическому положению. Центром обороны были два больших каменных здания, остатки помещичьих усадеб. Обезопашенные колючей проволокой и системой укрытий и стрелковых рвов, они представляли собой отличное место для обороны. Окружавшие пост равнинные открытые поля обеспечивали хорошие условия для ведения огня и затрудняли продвижение противника.
В состав отряда самообороны здесь входило около 130 человек. Пост отразил две наиболее опасные атаки банд 21 июня 1943 года и во второй половине августа 1943 года, когда против защитников были применены миномёты.
Как следует из рассказа инженера Станислава Ястшембского, в Гороховском повете поводом для создания оборонительных постов стало массовое убийство жителей двух деревень. Это были Загаи371 и Полханы372.
Самооборона в Загаях располагала всего лишь несколькими винтовками. В других деревнях ситуация с вооружением также не выглядела обнадёживающей. Сильные отряды самообороны действовали также в Берестечке, Горохове и других местечках. Население местных сёл и городов спасалось бегством во Львов. Однако такие переходы были чрезвычайно трудными и опасными. Огромную заслугу в этом деле оказал дежурный по движению на станции в Стоянове373 Тадеуш Карст, который организовывал целые транспорты беженцев.
Особое почётное место в истории борьбы этих местных отрядов принадлежит, в частности, Ремигиушу Кранцу, командиру обороны Острога374. Когда основные силы обороны под командованием «Гзымса» отправились на сбор под Ковелем, Кранц с небольшим отрядом остался на месте и в течение трёх недель защищал население, собравшееся в стенах средневекового замка.
Славу в истории самообороны завоевала также деревня Витольдовка375 под Оженином376, непрерывно подвергавшаяся нападениям со стороны УПА. Несмотря на неблагоприятные условия местности, она под командованием поручика Стефана Тухего выдержала все атаки. Отголоски этих ожесточённых боёв постоянно доносились до нас и напоминали, что мы всё-таки не одиноки, что помимо нас успешно защищаются и другие опорные пункты.
Следует подчеркнуть, что потери в живой силе и масштабы разрушений были бы гораздо больше, если бы не значительная помощь украинского населения. Везде, даже в националистически настроенных украинских деревнях, находились люди, которые, рискуя жизнью, помогали находящимся в опасности польским семьям.
И так, например, в Гороховском повете действовала значительная группа людей украинского происхождения, которая своевременно предупреждала поляков о нападениях. В её состав входили, в частности, Антон Крук и Ян Иванюк из села Бужаны377. Эти двое украинцев предупредили инженера Ястребского и двух геодезистов — Чубака и Горского — о намерении ликвидировать их находящимся по соседству отрядом УПА, а затем некоторое время обеспечивали им безопасный ночлег в своих квартирах. Помогал им в этом мельник Фома и Николай Шулик из Полханов.
Когда украинские фашисты узнали, что Николай Шулик поддерживает контакты с поляками и предупреждает их об опасности, они немедленно окружили его дом. К счастью, Шулик был предупреждён другими, доброжелательными к нему украинцев, и сумел бежать в Горохов, где дождался освобождения. Бывали, однако, случаи, когда УПА удавалось догнать беглеца, и тогда его судьба была предрешена.
Zagaje,