Огнестрельное оружие становится бесценным сокровищем. В деревне Холодница138 имеется два ружья, а в отряде самообороны насчитывается пятьдесят человек.
Известия о поспешном перевооружении польских деревень доходят до украинских фашистов. Используя предоставленные им немцами полномочия, они грабят подозрительные фермы, проводят аресты и заставляют задержанных давать показания о самообороне, оружии, планах обороны и подобных вопросах.
Однажды вечером патруль шуцманов вошёл в Тараж139. Но внезапно из окон, из-за домов и из-за деревьев раздались точные выстрелы. Несколько шуцманов пали, среди них печально известный бандит Яромелец140, прославившийся тем, что одним из первых убил свою польскую жену и присоединился к банде.
Месть не заставила себя долго ждать. В лесу под Рудниками польский патруль попал в засаду. Бульбовцы похитили нескольких детей с близлежащего пастбища, которых позже нашли с раздробленными головами. Становилось всё труднее понять причину и следствие. Волны нападений следовали одна за другой. Всё больше жертв тонули в море растущей ненависти. Затем последовало нападение на Тараж. Оборона села оказалась бессильна против пятисот хорошо вооружённых бандеровцев.
Суббота, 12 марта, навсегда останется в памяти выживших жителей Таража. Деревня сгорела за считанные минуты. Огонь из лёгких орудий и пулемётов безжалостно косил жителей.
В тот же день сгорела Марьяновка141. Полторы тысячи фашистов, опьянённых своей победой, бросились к Холоднице, которая виднелась вдали. Но деревня не была застигнута врасплох. Под прикрытием местного отряда самообороны они отступили со всем своим имуществом в отдалённые деревни, готовясь к отчаянной обороне.
Бандеровцы не осмелились на дальнейшие нападения. Они отступили в леса, забрав награбленное имущество из трёх сожженных деревень. Они прятались в лесах, пока не закончились запасы продовольствия, пока не созревали планы дальнейших нападений. Зарево костров больше не гасло ни днём, ни ночью. Круг убийств расширялся.
Те, кто выжил, бежали в более крупные населённые пункты: в Гуту Степанскую142, в Пшебраже, во множество более мелких поселений, которые всё ещё успешно отражали атаки отрядов УПА.
С первых трагических дней в Пшебраже было принято решение защищаться. Были выставлены ночные караулы численностью в несколько десятков человек, но их оружие — вилы и топоры — не могло гарантировать полную безопасность.
Однажды, во время обсуждения возможности приобретения огнестрельного оружия, всю деревню внезапно потрясло: Зигмус Синицкий, мой младший брат Мунек и несколько их сверстников появились в деревне со своим оружием. И каким оружием! Мунек с финским автоматическим пистолетом143, Зигмус с лёгким пулемётом.
Старые крестьяне, умевшие оценить роль и качество этих «игрушек», широко раскрыли глаза от изумления и радости.
В тот вечер Мунек и Зигмус приступили к исполнению своих обязанностей. На брифинг они прибыли вооружёнными до зубов. Они с гордостью заявили своему узкому кругу коллег, что у них есть ещё больше таких «жемчужин».
«Все желающие могут присоединиться к нам. Мы раздадим оружие бесплатно.»
Многие вызвались добровольцами, в основном юные парни. Среди них были мой другой брат, Владек, Эдек Синицкий, Зигмус Ковальский и многие другие. Через несколько дней к ним присоединились Альберт Василевский, Станислав Ольшевский и Францишек Житкевич. Это уже было довольно крупное подразделение. Тем временем, как выяснилось, основной арсенал, зарытый в муравейниках и затопленный в болоте, остался нетронутым. Наконец, Зигмус и Мунек раскрыли свой секрет — потребность в обороне росла, и им приходилось задействовать резервы.
Деревня превратилась в крепость, но крепость, которую из-за большого и постоянно растущего числа женщин и детей можно было легко разрушить регулярными войсками.
Скрывать наличие оружия, принадлежащего немцам, было исключено. Первая же атака бандеровцев бы всё раскрыла. Украинские фашисты быстро доложили бы об этом своим покровителям. Деревня не могла превратиться в типичный партизанский отряд: мобильный, постоянно меняющий базу. Возникли тысячи опасений по поводу возможности сохранения Пшебраже в качестве вооружённой базы. Нужно было как-то обмануть немцев, то есть получить их официальное разрешение на хранение хотя бы нескольких винтовок, не раскрывая при этом факт наличия у деревни собственного оружия, которое немцы непременно немедленно конфисковали бы. Оружие и гранаты вытаскивали из муравейников, боеприпасы добывали из болот. Всё тщательно осматривали, чистили и распределяли среди наиболее доверенных лиц. Теперь нужно было как можно быстрее провести дипломатические переговоры с немцами, чтобы выяснить их отношение к этому вопросу.
Huta Stepańska,