Около полудня пожары начали постепенно затухать. Мы немедленно отправили сильные патрули в направлении сожжённых деревень с задачей разведать врага и оценить масштабы разрушений. Патрули доложили, что вокруг Пшебраже всё ещё кружат небольшие отряды, но основные силы, которые нанесли удар по Загайнику, ушли в сторону Яромля.
Тем временем до полудня бандеровцы обстреляли из миномётов прилегающую к Пшебраже деревню Холопины. Снова вспыхнули пожары, на этот раз в непосредственной близости от лагеря. Похоже, фашисты укрепились в Юзефине и оттуда намеревались беспокоить защитников.
В то время деревня Майдан-Езерский175 находилась за пределами оборонительного кольца. Будучи предупреждёнными обстрелом бандитов, мы отправили туда небольшой патруль под командованием Зигмунта Синицкого. Когда наши люди вышли из леса, они увидели несколько горящих деревень: Майдан-Езерский, Дерманку, Буды176, Гуту177, Марьяновку и Добро. Вокруг горящих построек кружили бульбовцы. Их были сотни. О бое с таким многочисленным противником не могло быть и речи.
Отряд Синицкого укрылся в одном из уцелевших домов. Внезапно со стороны горящей деревни появилась группа бандитов. Они явно шли в сторону партизан. Синицкий подпустил их на очень близкое расстояние, после чего дал сигнал к открытию огня. Бандиты разбежались, но звуки боя подняли тревогу во всей банде. Заговорили миномёты. Снаряды начали разрываться в тылу нашего патруля, что создавало впечатление, будто он оказался в окружении. Такая возможность не была исключена.
Ведь ребята отошли от лагеря всего на четыре километра. Поэтому они отступили к опушке леса, к урочищу Нагель (Nagieł).
Стрельба стихла. Прошёл час нервного ожидания. В конце концов Синицкий выбрал нескольких добровольцев и выдвинулся вместе с ними вперёд.
Вдруг до их ушей донеслись подозрительные шорохи. Они припали к земле за деревьями. Недалеко от них они увидели идущих гуськом бульбовцев в чёрных мундирах. Патруль быстро и бесшумно отступил к старым стрелковым окопам, сохранившимся ещё с Первой мировой войны.
Нападавшие вышли из леса и, уверенные в себе, о чём свидетельствовало отсутствие у них страховки, смело двинулись к Пшебраже. Парни ждали. Когда те приблизились на подходящее расстояние, патруль открыл огонь. Трое фашистов остались на месте, остальные бросились к разбитому танку. К удивлению патруля, они пролезли головой вперёд через узкий люк в стальную ловушку. К тому времени, как они осознали своё положение, отступать было уже поздно. Через нижний люк до них достал точный огонь. После победоносного боя патруль вернулся в Пшебраже без потерь.
Во второй половине дня из окрестностей начали стекаться группы людей, спасшихся от погрома. Люди выходили из разных укромных уголков, в которых им каким-то образом удалось выжить, и теперь искали у нас убежища. В основном это были те, кому было жалко бросать свои дома, накопления всей жизни, и, несмотря на наши предупреждения, они остались в своих постройках. Некоторые каким-то чудом вырвались из окружения и теперь рассказывали о гибели своих близких. Деревни Гута и Марьяновка, полностью сожжённые, перестали существовать.
К вечеру мы окончательно убедились, что бульбовцы прекратили дальнейшие атаки и отступили в сторону Колека.
Население Пшебраже не скоро пришло в себя. Всю ночь лагерь пребывал в напряжённом ожидании. Сотни повозок, вместе со всем имуществом и семьями, по-прежнему занимали школьную площадку. В ту ночь почти никто не спал. Только к утру люди возвращались в свои дома и жилища, разгружали повозки.
На рассвете отдельные взводы вышли на тщательную проверку местности. Последствия массированного нападения фашистов оказались ужасающими. Несколько сотен человек погибли от пуль и топоров. Деревни были сровнены с землёй, имущество сожжено или разграблено. По руинам бродили голодные кошки и собаки.
Тех, кто до сих пор не верил в жестокость националистических банд, драматическая ночь с 4 на 5 июля 1943 года окончательно лишила всяких иллюзий. Деревни опустели. Кто выжил, устремился в Пшебраже.
Повторный, стремительный приток населения вызвал новые сложности и новые проблемы. Прежде всего, нужно было обеспечить прибывших едой и крышей над головой. И сделать это как можно скорее.
Беженцы оставили самые необходимые вещи, в основном еду и одежду, в своих покинутых домах, погребах и самых разных тайниках. Всё это нужно было вернуть и сохранить. Ежедневно по несколько раз отправлялись с этой целью в сожжённые или опустевшие деревни. Разбирали дома, уцелевшие от огня. Из добытой древесины должны были строиться бараки.