Эдуард всегда держался спокойно и профессионально, но сейчас с ним как с мальчишкой вел себя тридцатилетний эмвэдэшник, одетый в итальянский костюм за три тысячи долларов, с дорогими часами и холеными наманикюренными ногтями. После пяти месяцев тщетных попыток получить положенные документы это было слишком. Эдуард и сам в молодости был следователем, но никогда не позволял себе такого обращения с людьми.
Эдуард закипел от возмущения и раздраженно произнес:
— Вы что себе думаете, что на вас нет управы?! Мы поймали вас за руку и знаем все, что произошло в Санкт-Петербурге.
Карпов вмиг побледнел.
— Ч-что произошло в Петербурге? — спросил Карпов, включив дурачка.
— У нас есть все доказательства. Документы, которые вы изъяли и подшили в дело, были использованы для кражи трех компаний и создания фиктивных задолженностей в особо крупном размере. Как специалист по уголовному праву, могу уверить, что это будет легко доказать.
Карпов, сидя в кресле, скрестил руки на груди и слегка наклонился вперед, глаза его беспокойно бегали. Через несколько секунд он жестом попросил Эдуарда подойти к нему. Эдуард приблизился, и Карпов, не произнося ни слова, принялся что-то быстро набивать на ноутбуке, вероятно, опасаясь, что его кабинет прослушивается.
Когда Карпов закончил, Эдуард наклонился вперед и прочел:
Это не я. Это проект Кузнецова.
Карпов тут же удалил эту запись. Он моментально сменил заносчивость на кротость и даже выбрал из дела Ивана несколько наиболее важных документов, чтобы Эдуард смог переписать их содержание.
Эдуард не знал, чем все обернется, и не хотел упускать благоприятный случай получить побольше документов. Он принялся их энергично переписывать, пока следователь не сказал, что уже опаздывает на другую встречу. Он проводил Эдуарда к выходу из здания и даже прошел с ним до машины, что было весьма необычно. Возможно, он надеялся, что Эдуард расскажет ему другие известные нам детали.
Дойдя до машины, Эдуард вдруг понял, какую серьезную ошибку совершил: мы просили его ни с кем не обсуждать обнаруженные факты. Потеряв самообладание, он позволил врагам понять, что их поймали с поличным.
Успокоившись, Эдуард позвонил в Лондон рассказать о произошедшем. Конечно, это была ошибка. Но, принимая во внимание заносчивое поведение Карпова, я едва ли мог сердиться. Извинившись, Эдуард посоветовал нам подать жалобы как можно скорее, поскольку противник уже знает о нашем открытии. Я спросил Владимира, сколько еще времени ему понадобится. «Четыре дня», — ответил он.
Это означало понедельник, третьего декабря 2007 года.
Между тем тридцатого ноября я должен был присутствовать в Женеве на деловом обеде с клиентом. Учитывая ситуацию, я предпочел бы остаться в Лондоне, но встреча была слишком важной, и я не мог ее отменить. Вылетев утром в Швейцарию, я в тот же вечер вернулся в Лондон, приземлившись в аэропорту Сити[13]. Пока такси пробиралось до моего дома по закоулкам района Кэнэри-Уорф, позвонила секретарь передать полученные сообщения. Она прошлась по списку и под конец сказала:
— Звонил некто Игорь Сагирян и спрашивал вас. Соединить с ним?
— Сагирян?
Я уже слышал эту фамилию. Пролистав записную книжку в смартфоне, я вспомнил, что это один из руководителей московской брокерской фирмы «Ренессанс Капитал», которой управлял Борис Джордан, в то время, когда я боролся с размыванием активов «Сиданко». С Сагиряном я встречался только раз, на конференции по инвестициям несколько лет назад. Странно, что он пытается связаться со мной сейчас.
— Конечно. Я поговорю с ним.
Секретарь набрала номер и соединила нас.
— Игорь, это Билл Браудер. Как поживаете?
— Я в порядке, насколько в наши дни можно быть в порядке. Послушайте, когда вы будете в Лондоне? Я хотел бы встретиться и обсудить некоторые вопросы. Желательно при личной встрече, а не по телефону.
Эта просьба меня удивила. Я едва его знал, а он зачем-то собирался прилететь из Москвы, чтобы встретиться со мной.
— Хорошо. А в чем дело?
— Ничего особенного, но, как вы знаете, сейчас все испытывают некоторое давление, так что я хотел бы обсудить, что еще мы можем предпринять, потому что много работаем с вами. Я хочу сказать, что сейчас у нас небольшие затруднения, но было бы лучше, если бы их не было совсем.
13
Лондон-Сити — аэропорт в городской черте Лондона с одной короткой посадочной полосой. Принимает небольшие самолеты и обслуживает главным образом деловые круги. Открыт в 1987 году