Кто были главные деятели соввласти и палачи? Прежде всего евреи (молодые), местные, а преимущественно иногородние; китайцы, на первых порах и латыши, татары, а также русские (из центральных или окраинных великорусских губерний). Местное население было враждебно коммунистам, вообще большевикам, и активных деятелей соввласти из него почти не выходило. Евреи и теперь в Житомире занимают большую часть ответственных мест по управлению и ЧК.
В Житомире делалось, конечно, в общем, то же, что и в других местах, но о более характерном сообщу. Так, целый год (первый) еврейское население откуда-то (конечно, от заправил евреев) получало соль, на которую был громадный спрос, и за бесценок получало от населения путем обмена (равносильно обману) разные продукты: за фунт соли, самое большое два — фунт масла, курицу и т. п. И соль была почти у всех евреев — рабочие (какой-нибудь бляхарь, портной) выдавали соль из бывших у них мешков с солью.
Нельзя пропустить личность некоего Кручинского. Во время первого правления большевиков возвысился некий психопат Кручинский. Это был приезжий молодой человек из Москвы, говорили, бывший студент, а по словам других — из мелких служащих, но каторжник — уголовный убийца. Будучи, или записавшись, в коммунисты, Кручинский (как его действительная фамилия — не знаю) благодаря своей свирепости стал возвышаться и занял комиссарское место. Здесь он отличился обобранием населения, которое считал поголовно буржуями, так что трудовая интеллигенция поплатилась реквизированием домашнего скарба и многие оставались без белья и платья, всё почти забирали. Затем Кручинский так усердно искоренял контрреволюцию, которую, подобно другим коммунарам, видел во всяком несогласии или протесте, что собственноручно, без всякого суда даже трибунального, или чека, — расстреливал людей, в частности крестьян при своих объездах «неспокойных сел». Говорят, он дошел чуть ли не до галлюцинаций. Наконец, и для соввласти усердие это показалось не в меру. Кручинского сместили, в Харькове его даже судили. Обвинял член У.Ц.К. Скрыпник.[76] Однако, несмотря на явное превышение власти и беспричинные убийства, Кручинскому, ввиду его прежних заслуг пред советской властью, назначили 5 или 6 мес. тюрьмы, которую затем скостили по амнистии и он опять занял где-то какую-то должность.
Да, своих коммунистов, и даже не прямо своих, но общих уголовных — даже убийц, большевики амнистировали и даже освобождали путем «разгрузочных комиссий». В тюрьмах освобождали места для заключения массами нежелательных элементов, а таких, конечно, 9/10, ибо сторонников, кроме своих, — немного, психопатов, да большинство преступников и босяков.
В первый раз большевики пришли в Чернигов 23 января (ст. ст.) 1918 г. Это были фронтовые большевики с двумя комиссарами Карцевым и Порядиным. Пробыли они до 19 февраля. За этот почти месяц ими было совершено 10–12 убийств.
Гимназист Лебедь был убит вечером на улице. Родные пришли в комиссариат, прося расследовать дело. Комиссары выражали свое соболезнование, говоря, что они здесь ни при чем, а на гвозде тут же висит шапка убитого. Город с помпой хоронил первую жертву большевиков. Студент Бокевич был убит ночью на улице около своего дома ударом в спину.
Соборный хорист Никифор Чеботько шел по мосту. Навстречу идут конные большевики по тротуару. Он крикнул, чтобы они свернули на дорогу. Те в ответ: «Сам сворачивай!» Повздорили. Уезжая, они сказали: «Попадешься нам еще раз, живого не выпустим». Через несколько дней тело его было найдено около ограды губернаторского сада, где стоял их штаб (рассказ о столкновении Чеботько с большевиками известен мне лично от него).
Студент Печеновский убит у себя в комнате в 7 ч. утра на своей постели. Он был сын бедной швеи. Убивали главным образом молодежь. Убийства ничем не связаны были друг с другом и для Черниговской публики были совершенно необъяснимы.
Тогда же был убит и генерал Янушкевич.[79] Он приехал с семьей из имения. К нему явился с визитом Карцев. Был необычайно любезен, льстил ему, пересыпая разговор французскими фразами. Через неделю был прислан якобы из Петрограда юноша, привезший ему приглашение участвовать в каком-то военном совещании. Родные умоляли не ехать, предчувствуя беду, но он говорил, что никакой вины за собой не чувствует, и потому ничего не боится. Его везли с почетом в I классе. Не доезжая до Петрограда, он был убит в вагоне матросом. Об этом большевики написали в газетах. Было сказано, будто генерал хотел убить матроса, и тот убил его, защищаясь.
76
Скрыпник Н.А.(1872–1933) с июля 1918 был членом коллегии ВЧК, начальником отдела ВЧК по борьбе с контрреволюцией (затем — Секретно-оперативного отдела ВЧК), с января 1919 — нарком Госконтроля УССР, с апреля 1920 — нарком РКИ УССР и по совместительству начальник особых отделов Юго-Восточного и Кавказского фронтов.
77
Черносвитова Мария Васильевна (ур. Хижнякова), р. 13 июля 1875. Дочь черниговского земского деятеля. Музыкант. В эмиграции в США. Умерла 9 мар. 1970 в Нью-Йорке.
78
Архив Гуверовского института, коллекция С. П. Мельгунова, коробка 4, дело 24, лл. 99-108. Это письмо М. В. Черносвитовой С. П. Мельгунову из Праги датировано 19 марта 1924 г.
79
Янушкевич Николай Николаевич, р. 1 мая 1868. Из дворян Псковской губ. Окончил Николаевский кадетский корпус 1885, Михайловское артиллерийское училище 1888, академию Генштаба 1896. Офицер 3-й гвардейской и гренадерской и л. — гв. 2-й артиллерийских бригад. Генерал от инфантерии, главный начальник снабжений Кавказской армии (с 31 мар. 1917 в отставке). Георгиевский кавалер. Убит большевиками в начале фев. 1918 в поезде у ст. Оредеж.