Различие между частной и общественной формами собственности на средства производства не в том, как декларируется законом это право управления, а как оно осуществляется в жизни общества. При общественной собственности на средства производства весь персонал, участвующий в их обслуживании, имеет осуществимую возможность сменить управленцев, если находит, что качество управления производством и разпределением продукции не отвечает общественным потребностям. Таким образом, в основе понятия собственность на средства производства ЛЕЖИТ МИРОВОЗЗРЕНИЕ НАРОДА, а не законодательная норма. Юридическое право только закрепляет законодательно мировоззренческий стереотип.
По данным “Инженерной газеты” (№ 45, 1992 г., “Не заглядывай в карман начальства”) к 1980 г. соотношение зарплаты высшей администрации к среднестатистической составляло: в США — 110 раз; в ФРГ — 21 раз; в Японии — 17 раз. По качеству управления, выражающемуся в производительности труда, темпах роста производства и качестве серийной продукции, эти страны следовали в обратном порядке. Это данные почти 15-летней давности[117]. За прошедшее время Япония упрочила своё положение и продолжает наращивать свою значимость в мире, иена выросла по отношению к доллару вдвое; ФРГ впала в затяжной кризис вследствие скоропалительного поглощения ГДР; США, отставая от Японии и Западной Европы, пытаются удержать своё положение скупкой мозгов за рубежом и поддержанием бросовых цен на сырье и энергоносители на мировом рынке. Это означает, что в этих странах ошибки управления, обусловленные квалификацией управленцев, по своей тяжести пропорциональны их зарплате. На других исторических примерах также можно показать, что, чем выше уровень жизни (потребления, прежде всего) семей управленческого корпуса по отношению к среднему в обществе, — тем больше трудностей испытывает это общество по сравнению с другими, ему современными обществами, по причине низкого качества управления.
То есть, ОТНОШЕНИЕ СТОИМОСТИ УРОВНЯ ЖИЗНИ СЕМЕЙ УПРАВЛЕНЦЕВ К СРЕДНЕМУ В ОБЩЕСТВЕ УРОВНЮ ЖИЗНИ — ПОКАЗАТЕЛЬ, который может быть контролируем и который исторически объективно связан с социальной напряженностью и качеством управления всеми видами деятельности в общественном разделении профессионализма; социальная напряженность и качество управления народным хозяйством в свою очередь определяют благосостояние всех и темпы его роста.
Речь идёт о властных управленцах, чьи слово и подпись придают управленческую силу управленческой по своему содержанию информации, а не о множестве мелких клерков, чьи слово и подпись безвластны, но кто тянет на себе весь груз рутинной обработки информации во всех структурах государственной и хозяйственной власти.
Посмотрев на разрыв зарплаты высшей администрации относительно средней в США, Японии, ФРГ, предположим, что существует обратное соотношение зарплат: зарплата высшей администрации ниже, чем средняя в обществе. Предположим, что зарплата главы государства и уровень потребления его семьей материальных благ и услуг соответствует максимуму 25-процентной группы населения с наинизшими доходами (а равно и минимуму 75-процентной группы остального населения с более высокими доходами) и уровнем жизни. Высшие и прочие государственные чиновники и хозяйственники, частные бизнесмены имеют зарплату больше главы государства, но не выше среднего уровня в подконтрольной им сфере деятельности. При этом реальная зарплата управленцев и уровень жизни их семей не будет превышать среднего в обществе уровня с учетом оплачиваемого из госбюджета и благотворительных фондов бесплатного потребления по потребности, одинаково доступных всему обществу. Предопределим это положение в качестве КОНСТИТУЦИОННОЙ НОРМЫ, а попытки изменить эту конституционную норму будем разсматривать как измену Родине в пользу организованного сатанизма (поясним: Род в древнеславянских Ведах — имя Предвечного Всевышнего Господа Бога).