— На время. Но это как с торфяным пожаром. Затопчешь в одном месте, и тут же разгорается в другом, — эрцканцлер улыбнулся. — К счастью, благодаря грандиозной победе при Павии мы теперь в состоянии выделить достаточное количество солдат. Швабская лига[4] под командованием верного Трухзеса Георга фон Вальдбург-Цайля уже готова затушить пожар. Причем окончательно, — добавил он после некоторой паузы. — До сих пор Трухзес сдерживал крестьян мирным договором. Но резня в Вайнсберге все меняет. Армия ждет лишь вашего императорского приказа, чтобы вступить в бой.
Карл отмахнулся.
— И ради этого вы явились сюда, Гаттинара? Мелочи вроде этой можно уладить и письменно… — Канцлер не двинулся с места, и император покорно вздохнул. — Ладно, вот вам мой приказ. Разгоните этот крестьянский сброд, поубивайте мерзавцев. Не дело, когда слуга поднимает руку на господина. Это противно божественному порядку, — Карл усмехнулся. — Полагаю, даже этот Лютер со мною согласился бы.
Гаттинара преданно кивнул.
— Мудрое решение. Приказ уже лежит у вас на столе. Осталось только подписать. — Он помедлил. — Могу ли я обратить ваше внимание еще на одну проблему? Касательно французского короля. Агенты докладывают, что он до сих пор помышляет о побеге.
— До тех пор пока он лишь помышляет об этом, мне не о чем беспокоиться. Гофмаршал Ланнуа дал слово, что Франциск находится в Пиццигеттоне под надежной охраной.
Гаттинара вздохнул.
— Охотно верю. Но представьте, что будет, если Франциску действительно удастся бежать. Месть его будет ужасна. А вот смерть…
— Я не допущу, чтобы хоть волос упал с головы французского короля, — резко перебил его Карл. — Я уже говорил вам об этом, Гаттинара, и повторять не стану. Мы — люди чести, а не какие-нибудь мерзавцы и убийцы!
— Ну, честь и политика временами расходятся, — заметил канцлер.
— Для вас, может, и так. Но не для меня. А теперь оставьте меня.
Гаттинара низко поклонился и, словно тень, бесшумно скрылся за дверью.
Карл нахмурился и вернулся к документам на столе. Впредь надо бы удвоить наблюдение за Гаттинарой. Канцлер слишком часто стал перегибать палку.
Император тяжело вздохнул и продолжил подписывать бесчисленные указы, коими снабжал его Гаттинара. Смертные приговоры, акты о помиловании, назначения, долговые обязательства — и, конечно, приказ войску Швабской лиги выступить против крестьян.
Воистину, политика требовала неимоверных усилий.
Лодка неспешно скользила по водной глади Рейна. Мимо игрушечным пейзажем тянулись виноградники, крепости и деревушки. Совсем рядом проплыла рыбачья лодка, а следом за ней — плот, нагруженный бочками и досками; его тянули по берегу несколько волов. Плотогоны накрепко привязывали груз. Они были так близко, что Агнес наверняка до них докричалась бы. Однако она понимала, что это бессмысленно. Что еще сделают рыбаки, кроме как помашут ей?
Агнес сидела в носовой части, погрузив руки в прохладную воду. Она бы с удовольствием свесила ноги через борт, но Марек и Сопляк зорко следили за тем, чтобы пленница не перегибалась лишний раз. Один раз, на следующий же день после похищения, Агнес уже пыталась спрыгнуть за борт. После этого Барнабас велел связать ее. Здесь, посреди Рейна, главарь счел это необязательным, но все же предупредил Агнес.
— В следующий раз, если попытаешься сбежать, я свяжу тебя, — сказал он, — и сам сброшу за борт. Сомневаюсь, что ты сумеешь доплыть до берега.
Агнес не сомневалась в правдивости его угроз. Она представляла собой ценный товар, но барышник страдал припадками бешенства и в таких случаях терял над собой контроль. Кроме того, Барнабас так и не простил ей того, что во время ее похищения погибли сразу три его человека.
— Смерть французам! Смерть французам!
Пронзительный крик вырвал Агнес из задумчивости. Вопль донесся из ржавой клетки, стоявшей на сундуке посередине лодки. В ней на жердочке сидели и возбужденно махали крыльями две пестрые птицы с крупными крючковатыми клювами. В первый раз, когда они заговорили, Агнес жутко перепугалась. Но теперь поняла, что птицы лишь бездумно повторяли звуки. Барнабас называл их попугаями. Он купил их на рынке в Неаполе, как и Сатану, маленькую обезьяну. Привязанная поводком, она как раз балансировала по борту и глазела на берег. Обезьянка скакала до того взволнованно, словно где-то там притаился лев. Мужчины смеялись над выкрутасами Сатаны, кто-то подбросил ей орех. Обезьяна ловко его поймала и раскусила острыми зубками.
4
Швабский союз 1488 года, или Швабская лига — союз, заключенный городами и князьями Швабии по предложению императора Фридриха III, с целью поддержания земского мира в стране. Войско Швабской лиги сыграло значительную роль во время описываемых автором событий.